Ногри пробурчал что-то себе под нос, но не стал продолжать дискуссию. У принцессы на щеках вспыхнул нервный румянец.

— Разумеется, все гарантии безопасности будут взаимными и обоюдными, — продолжал Пеллаэон, обращаясь к Лейе. — Никаких нападений имперских вооруженных сил. Никаких провокаций. Никакого каперства, — адмирал улыбнулся одними губами. — И конечно же, если случится так, что мы случайно обнаружим какое-либо припрятанное Палпатином супероружие, Империя и Новая Республика будут совместно работать над его уничтожением.

Похоже, самое время задать один очень щекотливый вопрос, решила Лейя. Она собралась с духом — как ни крути, а спросить все равно придется. И лучше не откладывать.

— А что о супероружии, которое Империя уже применяет против нас?

Пеллаэон недоуменно сдвинул брови.

— О каком супероружии вы говорите?

— О том, что некогда едва не сразило Новую Республику, — ответила Лейя. — О Гранд адмирале Трауне.

Пеллаэон поджал губы, и Лейя почувствовала, что наступила на больную мозоль.

— Я не могу вам ответить, советник, — сказал адмирал. — Я не имею ни малейшего представления о том, что в данный момент творится в Галактике.

Лейя покосилась на Элегоса.

— Что вы имеете в виду, сэр? — переспросила она.

— В точности то, что сказал, — невозмутимо ответил Пеллаэон. — Вот уже две недели, как я остаюсь здесь, в системе Песитийна, в ожидании генерала Бел Иблиса. Последние несколько дней мы соблюдаем режим радиомолчания. Я узнал о том, что по официальным сведениям Траун жив, лишь около недели назад.

Лейя обратилась к Силе, но не смогла уловить ни намека на двуличие в мыслях Пеллаэона.

— Адмирал, вы сказали: «по официальным сведениям Траун жив», — вмешался Элегос. — Следует ли понимать так, что вы намеренно воспользовались именно такой формулировкой, а сами между тем не верите в возвращение Гранд адмирала?

— Я не знаю, во что верить, — сказал Пеллаэон. — Определенно, у меня есть все причины полагать, что он мертв. Я стоял рядом с ним на мостике «Химеры», я видел, как Траун, по всем внешним признакам, скончался.

— И опять вы сказали «по всем внешним признакам», — не отступал А'Кла. — Так мертв ли Траун в действительности или нет?

— В действительности, я не знаю, — со вздохом сказал адмирал. — Траун не был человеком, и физиология у него была не человеческая, и… — он покачал головой. — Его действительно видели в Новой Республике? — спросил он Лейю. — Кто-то, чьим словам и суждениям вы доверяете?

— Корабль моего друга Ландо Калриссиана был перехвачен, — ответила Лейя. — Ландо и сенатора от Диамалы вынудили подняться на борт «Неспокойного». Оба они утверждают, что встречались с самим Трауном, и не кем иным.

— «Неспокойный», — задумчиво проговорил Пеллаэон. — Корабль Дорьи. Дорья — из тех, кто лично встречался с Трауном. Трудно поверить, что он позволил бы себя провести. С другой стороны, трудно поверить, что он стал бы рисковать кораблем, не будь на то исключительно веской причины.

Вот и подошли к самому трудному. Лейя колебалась, но этот момент необходимо было обговорить.

— Адмирал, мне кажется, может статься, что наши переговоры несколько преждевременны, — сказала она.