Ничего удивительного, с тихой горечью подумала она, что властолюбивый сенатор Палпатин жаждал избавиться от столь опасного народа.

Когда Лейя в сопровождении Элегоса, Гента и Сакхисакха ступила на трап, у рампы их встречал один-единственный человек — крепкий седовласый мужчина среднего роста. Лицо его было усталым, но военная выправка кадрового офицера оставалась безукоризненна.

Лейе почему-то вдруг подумалось, что ему идет имперский мундир. А адмиральские знаки отличия идут еще больше.

— Советник Органа Соло, — со сдержанной торжественностью приветствовал ее встречающий. — Я адмирал Пеллаэон. Добро пожаловать на борт «Химеры».

— Благодарю, адмирал, — церемонно кивнула Лейя. — Рада снова встретиться с вами.

Лоб адмирала прочертили морщины.

— Боюсь, вы меня несколько обескуражили, — сказал он. — Не могу припомнить, чтобы мы встречались.

— Вообще-то это была просто протокольная фраза, — ответила Лейя. — Но я прекрасно помню, как на алдераанской ассамблее в королевском павильоне мой отец указал на вас как на одного из наиболее многообещающих флотских офицеров. Он еще сказал, что вы удивительно молоды для выпускника Академии. Правда, и мне было тогда всего десять лет.

Губы Пеллаэона изогнулись в улыбке, и хотя она отдавала горечью, принцесса снова увидела прежнего молодого офицера, совершенно сбитого с толку и в толпе политиков и дипломатов казавшегося лишним.

— Я хорошо помню те времена, — негромко сказал он. — Хоть порой и жалею об этом, — он перевел взгляд на Элегоса, стоящего по левую руку от Лейи. — Не представите ли мне ваших спутников?

— Конечно, — Лейя решила пока не заострять внимание на том, что никто их остальных членов делегации официального статуса не имеет. — Элегос А'Кла, веритель уцелевших каамаси.

— Адмирал Пеллаэон, — Элегос склонил голову в традиционном поклоне.

— И Сакхисакх из клана Тиакх'сар, — продолжала Лейя, жестом указав на молчаливого ногри.

Пеллаэон не изменил официальной вежливой улыбки, но интуиция подсказала Лейе, что теперь эта улыбка стала чуть менее искренней.

— Разумеется, — сказал адмирал. — Уроженка Алдераана, каамаси и ногри. Три народа, у которых больше всего причин ненавидеть Империю.

Глаза Сакхисакха сверкнули.

— Мы не держим зла персонально на вас, адмирал, — опередил его Элегос. — Как не питаем враждебных чувств и к народам, населяющим Империю. Наши миры были уничтожены волей Императора Палпатина, но и он ныне мертв. Ни к чему раздувать огонь старых обид.

— Благодарю вас, веритель, — сказал Пеллаэон. — Вы весьма мудры и великодушны, — он перевел взгляд на Гента, который смущенно переминался с ноги на ногу рядом с Элегосом. — А какого рода претензии к Империи представляете вы, сэр?

— Я? — Гент отчаянно покраснел и втянул голову в плечи. — Да не, я просто так зашел… ну, то есть… Короче, я просто ледоруб, который восстанавливал сообщение Вермеля для генерала Бел Иблиса.

Остатки улыбки стерлись с лица главнокомандующего.

— Что вы хотите сказать — восстанавливал? — жестко спросил он. — Разве полковник Вермель не доставил свое послание лично?

— Боюсь, до этого не дошло, — сказала Лейя.