— Пройдете? — спросила я, открывая двери спальни.

Странно было приглашать призрака к себе. Но она же родственница. Да и другой призрак постоянно при мне. Что тут странного, верно?

— Вы намерены здесь задержаться? В этом мире? — спросила я будничным тоном, когда мы оказались внутри.

— Нет, — шепнул Бран зловеще. Он без слов умудрился понять Офелию. — Кажется, она не может сразу уйти. Мы должны ее отпустить. Приказать четкам.

— Ясно… — пробормотала я и обратилась к бабушке. — Может, вы желаете что-то сказать напоследок?

Мне было не по себе из-за ее присутствия. И всё же она была единственной родственницей. Из старшего поколения. Ни матери, ни отца мы с Браном не знали. У меня была фальшивая тётушка Клэр, но это иное. А уж Александра вообще ни в счет.

Офелия Рутенберг протянула руку, желая коснуться моей щеки, но сообразила, что этого делать не следует. Всё-таки она мертва, а я пока нет.

— Как же ты похожа на меня… Словно я вернулась в прошлое и смотрю в зеркало. Ты должна выжить, Тереза. Во что бы то ни стало. В тебе есть свет. Ты смелая и сильная. Мать тобой бы гордилась. Вами обоими. А то, что ты казнить Клавдия не захотела, так это не слабость вовсе. Пусть народ решает, что с ним делать. Его здесь все ненавидят. Кары в любом случае негодяй не избежит. А ты… — она повернулась к Брану, но тоже не коснулась. — Присматривай за сестрой. Муж ей достался крепкий, способный быть стеной. Но дополнительная помощь не помешает. Кто как ни ты способен понять и разделить все ее переживания и чаяния. А теперь отпустите меня. Пора. Мне здесь не место.

Я послушалась, сжала в кулаке четки и мысленно попросила позволить призрачной бабушке покинуть мир живых. Волшебная вещица отозвалась мгновенно. Офелия Рутенберг только успела поднять руку в знак прощания и тут же растворилась.

Я без сил опустилась на кровать. Бран сел рядом. Посмотрел на меня с грустью.

— Я тоже не хотел, чтобы ты казнила Клавдия. В смысле, чтобы брала ответственность на себя. Ты не такая. Мы не такие.

— Знаю. А еще хотели трон.

— Не хотели. Ну, не шибко хотели. Нам было важно отнять трон у Клавдия. Трон нашего отца.

— Верно… — мне ужасно захотелось взлохматить волосы брата, но это, увы, было невозможно. Я вздохнула тяжко и вновь стала серьезной. — Даже если мы выживем… Если я выживу, а ты останешься в этом мире рядом со мной, трон не для нас. Править должен Родерик. Это очевидно.

— Очевидно, — согласился Бран. — Но только как его уговорить.

Я развела руками. Ответа у меня пока не было.

Глава 21. Старуха

— Вы, по-прежнему, рассматриваете вариант разделить нас с Браном? — спросила я строго, пока внутри всё клокотало.

— Да, — пролепетала Минерва.

— Нет, — заверила Зора, вернувшая собственный облик. Но тут же развела руками. — Это самый крайний вариант. Если других не останется. Вы же сами понимаете, Ваше Высочество, что вам не место в прослойке. Да и что-то неладное тут творится. Вы не можете этого не чувствовать. Вы же маг.

Я прошипела под нос ругательство, а потом объявила:

— Никаких разделений! Это приказ! И только посмейте не подчиниться.

Мы с Браном оставили знахарок в холле, а сами пошли вглубь замка, но прежде мой братец погрозил им кулаком. Однако по дороге он вздохнул и нехотя признался:

— В одном знахарки правы. Становится всё хуже. Мы с тобой оба это знаем. А только тут ты можешь жить. Ну, пока можешь. В смысле, пока это место… хм… цело.