— Видишь ли, дорогая, я нашел ей хорошее место, снабдил рекомендациями лучшими, какие только могут быть. Но она была так расстроена, что ушла, даже не попрощавшись. Я чувствую себя отвратительно.

— А как дела у Элизы?

— Неважно. Просто комок нервов. Когда Стив заводит речь о ребенке, она приходит в жуткое возбуждение или начинает рыдать. Не знаю, что с ней делать. У меня опускаются руки. А Стив, сама понимаешь, мне в этом не помощник. Элиза его открыто игнорирует. Скажу тебе откровенно, Кэсси, меня тревожат их взаимоотношения. Если так будет продолжаться… — Он снова вздохнул. — Нет, не хочу больше думать об этом.

Кончив разговор, Кэсси попрощалась и положила трубку. Ее удивляло и одновременно настораживало странное поведение сестры.

Может быть, из-за беременности у нее случился нервный срыв? Или ее так мучит запоздалое чувство вины перед ней, Кэсси, мужем и отцом?

Затем, представив, как отреагирует отец, узнав, что у его младшей дочери будет внебрачный ребенок, она закрыла лицо руками. Примет ли он ее или это лишь еще больше увеличит пропасть между ними?

Федерико провел ладонью по лбу и быстро прочитал статью. В ней подробно описывалась любовная связь Чарлза и сестры Кэсси. Миссис Дорн, теперь уже бывшая экономка Ллойдов, прекрасно осведомленная о том, что творилось в доме, продала газете сенсационные сведения. Также в статье упоминалось о том, как незаслуженно пострадала младшая дочь Эдварда Ллойда, молча снося несправедливые обвинения в свой адрес.

Дрожащей рукой Федерико отложил газету и долго сидел, уставившись в одну точку. Значит, Кэсси не лгала. А ведь все это время он подсознательно был уверен в ее виновности. Почему же тогда он не послушался своего сердца и не доверился этой милой хрупкой девушке, которая пожертвовала своим добрым именем, дабы уберечь беременную сестру от позора публичного скандала.

— Кэсси, мы всегда были подругами. Прости, что я смалодушничала, но ведь тогда все считали тебя виноватой. Я не рискнула поступить иначе, и сейчас мне очень стыдно перед тобой за свое поведение.

— Я не понимаю тебя. В чем дело? — встревожилась Кэсси.

— Как? Ты разве не читала «Ивентс?» И Сандра вкратце изложила ей суть статьи. Слова подруги не вызывали сомнений, и Кэсси была потрясена до глубины души услышанным. Теперь стало ясно, почему сестра так настоятельно требовала уволить экономку. Элиза боялась, как бы неприглядная правда не выплыла наружу. В Кэсси она была уверена, а вот миссис Дорн знала слишком много и, видимо, после последних событий стала опасна для нее. Однако, настояв на своем, Элиза сделала хуже прежде всего себе самой. Обиженная экономка не стала молчать. Оказалось, что Чарлз посещал их дом в отсутствие Стива и отца и пожилая женщина узнала о любовной связи Элизы и Чарлза задолго до того, как это стало известно самой Кэсси…

Часом позже она подъехала к родному дому. Вокруг было полно репортеров. Закрывая лицо от камер, она поспешно открыла дверь и вошла в дом. В гостиной стоял полумрак из-за полностью задернутых портьер. Стив лежал на диване, уткнувшись лицом в подушки. Однако настоящий ужас охватил Кэсси, лишь когда она увидела отца, сидящего в кресле в неестественно сгорбленной позе и с потухшим взглядом.

Эдвард Ллойд поднял на дочь воспаленные глаза, полные немой мольбы.

— Твоя сестра ушла из дому прошлой ночью, — сдавленно произнес он. — Ей позвонила приятельница из редакции и предупредила о том, что за статья появится в «Ивентс». Думаю, она больше не вернется. Стив ясно дал понять, что потребует развода.

— Я поговорю с ним, — мягко сказала Кэсси и подошла к мужчине, лежащему на диване.

Стив повернулся к ней, хотел было что-то сказать, но зубы его так клацали, что он не смог произнести ни слова.