С этими словами Хэкетт опять бросился к ней и обнял с невероятной силой. Как Пруденс ни извивалась, она не могла вырваться из этих железных тисков. Он грубо швырнул ее на койку и принялся возиться с застежками штанов. Пруденс лежала, еле переводя дух, слишком ошеломленная, чтобы пошевелиться.

«Что делать?» – лихорадочно думала она. Когда Хэкетт навалится на нее всем телом, бежать будет поздно. Между тем капитан уже высвободил из убежища свое напрягшееся мужское достоинство и рванул вверх ее юбки. Пруденс подтянула колени к подбородку и, хорошенько прицелившись, ударила его в самую уязвимую точку.

Хэкетт отшатнулся, сморщившись и согнувшись пополам от боли.

Пруденс, с трудом соскочив с кровати, помчалась к двери, вихрем пронеслась через большую каюту, служившую столовой, и наконец оказалась на воле. Она прислонилась к поручням юта и перевела дух, едва сдерживая слезы. Много ли времени потребуется этому негодяю, чтобы прийти в себя и ринуться за ней следом?

Пруденс в отчаянии окинула взглядом матросов, слонявшихся по палубе. Да, эти несчастные люди слишком боятся капитана, чтобы встать на ее защиту. Росс! Сейчас он, наверное, в кубрике. Пруденс метнулась к люку.

Нет… Разве сможет она рассказать ему о случившемся? Ей некого винить, кроме самой себя. Ведь Росс пытался предостеречь ее – с первого же дня. А теперь, после этой дурацкой выходки с Сент-Джоном, он решит, что она сознательно поощряла капитана. А что еще может подумать Росс, узнав, как она по своей воле вошла в каюту Хэкетта? Только одно: что Пруденс – распутница и дурочка.

Она вытерла рот, пытаясь избавиться от омерзительных ощущений после поцелуя Хэкетта. А его прикосновения!.. Пруденс передернулась. Да, надо было слушаться Росса. Поступками мужчин, лишенных женского общества, руководит только вожделение. Помнится, Бетси – в присущей ей развязной манере – говорила:

– Удивительно! У мужиков, которые несколько недель провели без женщин, член так и выскакивает в полной боевой готовности, словно часовой на посту!

Хэкетт недвусмысленно показал ей, чего хочет, – и словом, и делом. А Сент-Джон… Эти льстивые речи, соблазнившие ее на поцелуй… А может, он всего лишь пытался скрыть таким образом свое низменное желание получить более весомые доказательства ее благосклонности? А Джеми… – Господи, прости за эти грешные мысли! – уж не был ли и он во власти своих животных инстинктов… помимо любви, конечно?

А Росс? Пруденс вспомнила о предательской выпуклости на его рубашке в то утро, когда он созерцал ее обнаженные ноги. Правда, тогда она сделала вид, будто по наивности не понимает, что это означает. Но к чему обманывать себя? Возможно, его отталкивает уже совершенный ею грех, возможно, ему не хочется брать на себя лишние заботы. Однако все это не помешало Россу испытать возбуждение. Им, как и остальными, владело безумное вожделение.

Пруденс затрепетала. Она чувствовала себя как животное, которое преследуют рычащие, брызжущие слюной псы. Меньше чем через две недели они будут в Виргинии. Не так уж скоро, если все это время придется оберегать остатки своей чести.

Она поспешно направилась в каюту, твердо решив отныне не терять голову. После долгих лет, проведенных в наивной простоте сельской жизни, мужское общество поначалу показалось ей волнующим. Но в действительности оно куда более пугающе и опасно, чем она могла представить.

Глава 12

– На палубе сильный ветер, леди, прямо ужас! Вам бы лучше остаться наверху.

Пруденс приостановилась и улыбнулась Тоби Вэджу, который столкнулся с ней возле люка.

– И что насчет этого говорят твои предзнаменования? Тоби энергично закивал:

– Да-да, леди, а как же! Помните, какое вчера было солнышко – яркое да радостное.