– На этот раз я тебе поверю, – заявил старик и, не прощаясь, надменно направился к двери.

В окно Уолтер видел, как «роллс-ройс» двинулся с места, но лорд Персивал не обернулся. Он восседал на заднем сиденье неподвижно и прямо, не удостаивая вниманием экскурсантов, дожидающихся своей очереди, чтобы попасть на территорию замка.

Когда Уолтер отвернулся от окна, он почувствовал невероятную усталость. Словесная дуэль с дедом Милдред оказалась более изматывающей, чем он предполагал.

Что касается его намерения остаться в Стоунхилле, то это была явная бравада, и, прежде всего, потому, что этого не хотела Милдред. Уолтер не сомневался, что их вчерашний поцелуй – лишь проявление симпатии с ее стороны, но не больше. А то, что он по-прежнему считает свою бывшую жену чертовски привлекательной женщиной – это его проблема, а не ее.

Что ж, мне повезло, подумала она и тихо прошла в кухню. Там никого не было. Молодая женщина набрала уже знакомый номер телефона Дэвида.

– Здравствуйте, леди Кроуфорд! – радостно воскликнул он, узнав ее голос. – У меня хорошие новости: в сегодняшней газете появилась маленькая заметка о том, что у сотрудников Скотланд-Ярда, расследующих это дело, появился новый подозреваемый.

– Правда? – обрадовалась Милдред. Ее голос задрожал от волнения. – А как же?..

– Он может спокойно возвращаться домой, – понял ее невысказанный вопрос Дэвид. – Даже если его и вызовут в полицию давать показания, то теперь уже в качестве свидетеля, а не обвиняемого.

Милдред поблагодарила собеседника за новости и заторопилась обратно в Стоунхилл.

Но когда она уже подошла к входной двери, из гостиной вышел Элджернон.

– Как, вы здесь? – удивленно воскликнул он. – А лорд Персивал не предупредил нас, что вы приедете. Он, кажется, отправился к вам…

– Да, – уклончиво ответила Милдред. – Я приехала неожиданно, и мы, видимо, разминулись.

– Может, выпьете со мной чаю? – с надеждой в голосе предложил молодой человек, и она поняла, что отказаться будет невежливо.

Ей отчаянно хотелось придумать какую-нибудь отговорку, но она понимала, что расстроит не только юношу, но и деда, когда тот узнает, что она была здесь в его отсутствие.

За чаем Милдред с трудом поддерживала светскую беседу. Она пребывала в отвратительном расположении духа. Элджернон болтал беспрерывно, и это выводило ее из себя. Но она даже не подозревала, что на самом деле причина ее раздражения кроется вовсе не в этом, а в том, что теперь у Уолтера не было никаких причин откладывать свой отъезд.

Ее настроение не улучшилось, когда, войдя в библиотеку, она увидела своего бывшего мужа дремлющим в кресле. Черт побери, разозлилась она, я мотаюсь туда-обратно, чтобы помочь ему, а он спит, как ни в чем не бывало!

Уолтер, видимо, заснул очень крепко. Майка выбилась из его джинсов, открыв мускулистый живот. Чем бы ни старалась Милдред объяснить себе то, что произошло между ними накануне, – минутным порывом, жалостью или нежностью, – желание не покидало ее. Она испытывала такое непреодолимое влечение к этому мужчине, что даже боль от его предательства утратила свою остроту.

Милдред стиснула зубы. Я становлюсь слишком сентиментальной, сказала она себе. Надо быть последней дурочкой, чтобы снова совершить ту же ошибку!

Она разрывалась между желанием хлопнуть дверью, чтобы разбудить Уолтера, и врожденной деликатностью. Больше всего она боялась, что он догадается, как волнует ее.

Пока он здесь, мне лучше держаться от него на расстоянии, решила Милдред.

Тихо притворив дверь, она на цыпочках подошла к столу.