— Датчане?

— Ну да! Десять отчаянных головорезов, которые пойдут за тобой.

— Шутишь? Лосси-датчанин разрубит меня пополам и будет гордиться подвигом.

— А если нет?

— Твои бы слова да богу в уши…

— Можешь не верить. — Вульфер пожал плечами. — Но тогда смерть Хродгейра будет на твоей совести.

— Да что ты меня пугаешь! — Парень стукнул кулаком себя по колену. — Волшебный котел показал…

— Ты можешь проверить, правду ли показал тебе котел Керидвены, — старик говорил спокойно и рассудительно. Ему хотелось верить.

— Как? — потише уже спросил Вратко.

— Вот тут мы возвращаемся к разговору о твоих способностях.

— Опять?

— А ты что думал? Выбери любую лужу и смотри в нее.

— Шутишь?! Керидвена сыпала в котел травы, грибы и коренья!

— Ну, так она женщина. Хоть и колдунья не из последних. А женщины даже ворожат, будто еду готовят.

— Так я…

— Смотри в любую лужу и повторяй одну из тех вис, которые у тебя так здорово выходят.

— И все получится?

Вульфер вздохнул:

— Помнится, я начал нашу беседу с того, что твоя беда в неуверенности. Ты слишком мало веришь в свои силы.

— А ты веришь в мои силы?

— Верю.

— Больше, чем я?

— Выходит, что так. И не я один. Королева Маб не предложила бы союз неумелому чародею. Она слишком стара и слишком хитра.

Вратко замолчал, отвел глаза. Когда все вокруг твердят, что ты — волшебник, немудрено и самому поверить. Что ж, попытка — не пытка. Что он теряет, попытавшись узнать истинную судьбу Хродгейра? А так можно будет подумать и об остальных словах Вульфера. О датчанах, например…

Он повернулся к саксу:

— Пойдем поищем лужу?

Вульфер беззвучно рассмеялся, запрокидывая голову.

Глава 6

Чародейство в тумане

Долго искать не пришлось. В десятке шагов от пещеры, в ямке под грязно-серым валуном, скопилось несколько пригоршней воды.

Вульфер молча указал новгородцу на лужицу — давай, мол, ворлок, покажи, на что ты способен. А сам легко, со звериной грацией — и не скажешь, что седой весь, — запрыгнул на округлую верхушку камня, уселся на корточки.

Вратко наклонился над ровной, неподвижной гладью воды. Лужица-то всего ничего: две пяди в длину да полторы — в ширину. Несмотря на сгущающиеся сумерки, видна каждая травинка, каждый камешек на дне.

Не заботясь о том, что штанины промокают насквозь, парень опустился на колени, поклонился водной глади.

Нужно прежде всего очень захотеть увидеть Хродгейра. Представить чуть насмешливого викинга с необычно черными для северян волосами и серебряной прядью в бороде. Представить острого на язык скальда, сурового воина и мудрого вождя. Соратника, способного грудью прикрыть товарищей.

И он, Вратко, не может допустить, чтобы с Черным Скальдом что-то случилось. Он обязан ему помочь…

Парень склонился лицом едва ли не к самой воде, едва не касаясь ее носом, и, вглядываясь в глубину, зашептал:

Сверху послышалось одобрительное покашливание Вульфера, но Вратко уже было не до него.

Поверхность воды подернулась рябью, будто от ветерка. Словен даже подумал вначале, что причиной тому его дыхание, но… Дрожь воды улеглась столь же неожиданно, как и возникла. Вода уплотнилась, напоминая больше отшлифованное мастером серебряное зеркало, а потом в нем замелькали образы: очертания человеческих фигур, лица.