— У вас в темнице отец лорда Майкла?

— А разве я не сказал? — Он, похоже, получал удовольствие, рассказывая все это. — Мы расставили ловушку для Зеленоглазого, которого ты называешь лордом Майклом, и ты будешь приманкой, которая завлечет его туда. Говорят, он умелый колдун, но мой господин потягается с ним. Шейх Сиди пообещал много денег тому, кто сумеет захватить зеленоглазого дьявола.

— Я уже сказала вам, что я не его женщина. Мы едва знакомы, и он не придет за мной.

— Не принимай меня за дурака и хватит задавать вопросы! Теперь ты знаешь, что скоро Зеленоглазый Скорпион станет пленником моего господина и умрет страшной смертью. С тебя этого довольно.

Он отпустил руку Мэллори, и она вновь упала на песок, однако тут же вскочила и решительно посмотрела на араба.

— Я скорее окажусь в преисподней, чем помогу вам схватить лорда Майкла.

— А нам и не нужна твоя помощь, чтобы заманить твоего лорда в ловушку.

Мэллори отвернулась от него, чувствуя, что ей становится плохо.

— Его будет не так просто одурачить, как вам кажется.

— Нет, конечно. Но он взбесится, когда узнает, что ты у нас, и это, я думаю, заставит его действовать неосмотрительно.

Мэллори закрыла глаза и свернулась на подстилке из овечьей шкуры. Этому человеку было невдомек, что Майкл действительно не придет за ней — никто не придет. Ей суждено затеряться здесь навсегда, и никому до этого нет дела. Мэллори подумала об отце Майкла, находившемся в когтях этого мерзавца, и ей стало страшно за него.

Лондон

Вся семья нетерпеливо следила за тем, как Кэссиди открывает конверт, пришедший от Майкла. Ясным голосом она стала читать письмо:

«Дорогая мама!

С огромной радостью в сердце сообщаю тебе, что отеи, жив. Он находится в плену у шейха Ахмеда Сиди. Здесь, в Египте, у меня появилось много друзей, которые готовы помочь мне в его освобождении. Со мной все в порядке, и многое в этой стране приводит меня в восхищение. Молитесь за нас с отиом. Если Господь в своем бесконечном милосердии не забудет о нас, скоро мы все будем вместе. Береги себя и не волнуйся, если в течение некоторого времени от меня не будет известий. Твой любящий сын Майкл».

В глазах Кэссиди заблестели слезы, Эрриан, подбежав к матери, взяла ее за руки.

— Все хорошо, мама. Отец жив, и очень скоро они оба вернутся домой.

— Да, — промолвила Кэссиди дрожащим от волнения голосом. — Скоро они вернутся домой. — Подойдя к окну, она отодвинула портьеру и стала смотреть на снег, падавший на землю. — Но к Рождеству их еще не будет.

— Значит, они вернутся к Новому году.

— С твоим братом что-то не так, я чувствую по его словам.

— Что не так? — озадаченно переспросила Эрриан. — И как ты можешь понять это из письма?

— Не знаю. Он как будто стал другим человеком.

Эрриан снова взяла мать за руку.

— Пойдем, дорогая, оденемся потеплее и отправимся на прогулку. Тебе нужно побыть на свежем воздухе. Мы остановимся у церкви и закажем молитву за отца и Майкла.

— Да, — рассеянно согласилась Кэссиди, — так мы и поступим. — Она взглянула на дочь, ставшую для нее опорой в этом тяжком испытании. — И я возблагодарю Господа за то, что у меня есть ты, Эрриан. — Она перевела взгляд на своего зятя. — И ты, Уоррик. Что бы я без вас делала!

Майкл лежал ничком на гребне песчаной дюны, откуда был хорошо виден лагерь похитителей. Там, в плену, находилась Мэллори. Приложив к глазам бинокль, он внимательно осмотрел местность.