— Черт! Опять этот пес. Столько шуму от него!.. — Он смотрит на меня странным напряженным взглядом, берет меня за руку и сжимает ее. Неужели не помнит, что я не боюсь собак? — думаю я, поворачивая голову.

Пес, серо-тигровый бульмастиф, мчит рядом с всадниками, непрерывно лая.

— Ишь ты, какой грозный, — тихо говорю я, улыбаясь. Виктор сильнее сжимает мою руку. Недоуменно смотрю на него и замечаю в его взгляде не то сострадание, не то предупреждение. Объятая неприятным предчувствием, снова поворачиваю голову и смотрю на наездников. Краски у меня перед глазами чуть блекнут, и идет кругом голова. Вцепляюсь в руку Виктора мертвой хваткой.

— Спокойно, — шепчет он, с невозмутимым видом отворачиваясь к кобыле. — Не показывай, что тебе больно.

— Да… — едва слышно отзываюсь я.

Наездники, приближаясь к нам, сбрасывают скорость. Их двое, мужчина и женщина. Мужчина — мой Уил. Или уже не мой? Он — на мускулистом вороном коне с блестящей, точно атлас, шерстью и вьющейся рыжевато-черной гривой. Женщина — Селена. Она — на горделивой буланой кобыле.

— Выше нос, — не оглядываясь на меня, шепчет Виктор.

Спохватываюсь и стараюсь казаться если не бодрой, то хотя бы спокойной.

Наездники останавливаются футах в десяти от нас. Тормозит и бульмастиф, не прекращая лаять.

— Буль! — громко, звонко и строго кричит Селена. Ее властно-звучный голос раскатывается по всему ипподрому. Собираясь с духом, окидываю ее беглым взглядом. В глаза бросаются гордая посадка головы, короткие черные волосы и капризно сложенные губы.

Остального я не успеваю рассмотреть, ибо тут же перевожу взгляд на Красавца. Я в таком состоянии, что не могу и предположить, чего от себя ожидать. Знаю, что надо вынести это испытание достойно, но в ужасе сознаю, что не уверена, по зубам ли мне оно.

Меня спасает умница Виктор.

— По-моему, ты ей тоже понравилась, — как ни в чем не бывало говорит он.

Вспоминаю про свою новую гривастую знакомую, про то, что мы приехали сюда вместе с Виктором, и про то, что я еще не сидела в седле. Медленно поворачиваю голову и смотрю на лошадь. Виктор незаметно для Уилфреда и Селены подмигивает мне и утешительно кивает. Я немного успокаиваюсь.

— Откуда ты знаешь, понравилась или нет? — спрашиваю на удивление ровным голосом.

Виктор смеется.

— Я вижу это по ее глазам. Но осторожнее! У них, как у людей, настроение, бывает, меняется.

Ухитряюсь улыбнуться.

— Привет! — кричит Виктор Уилфреду и Селене, будто между прочим отпуская мою руку, которую до сих пор крепко сжимал. Ему удается обставить все так, будто он заметил их раньше, но был слишком занят мной, поэтому не сразу переключил на них внимание. — Селена, ты опять со своим неугомонным телохранителем?

— Он без меня не может, — лениво-самодовольным тоном отвечает Селена.

Я глажу по боку чалую лошадку и чувствую, что она неким таинственным образом придает мне сил. Кажется, что ее чуткое сердце, точно волшебный радар, улавливает мои страхи и смятение и специально для меня излучает спасительное тепло.

Слышу, что Уилфред спрыгивает с Красавца, но не поворачиваюсь. Он почти беззвучно усмехается, но я тотчас понимаю, что это усмешка от удивления и досады.

— Джуди?

У меня перехватывает дыхание. Взываю к сверхсилам о помощи, медленно поворачиваю голову и с полуулыбкой смотрю на Уилфреда.

— Здравствуй, — произносит он, пытливо в меня вглядываясь. — Что ты здесь… делаешь?

Суматошно придумываю, что ответить, но мне на выручку, не подозревая об этом, приходит Селена.