|
– Ир Бонес развернулся, и мы направились по узким коридорам центрального корпуса. В большом зале располагались самые безнадежные пациенты. Среди них были представители всех рас – светлые и темные, моряки, лавочники, воины, знатные горожане, коренные жители и гости Бейруны, мужчины, женщины и дети – перед навьями оказались все равны. Они лежали на перинах, разложенных прямо на полу, и медленно умирали. Перед моими глазами все поплыло – кругом была кровь, много крови, я ощущала боль и страдание, слышала крики и стоны.
– Соберитесь, сударыня, – слегка встряхнул меня ир Бонес. – Нам с вами предстоит много работы. С кого начать, выбирайте сами. Я с недоуменным видом огляделась – как я должна выбирать, если здесь все требуют помощи? Как мне определиться, кого лечить первым – этого эльфа с оторванной рукой, орка-наемника с распоротым животом или женщину с отгрызенной ногой? Пока я топталась на месте, мой спутник скинул камзол и направился в дальний угол, в котором лежали дети. Я накинула фартук и постаралась успокоиться. Несколько раз глубоко вздохнула и снова огляделась, решив начать с самых безнадежных. Мой взгляд случайно остановился на человеке в темных окровавленных одеждах некроманта. Сердце кольнуло нехорошее предчувствие, и я ринулась к нему. Не доверяя своим глазам, опустилась на колени перед израненным пациентом, бережно убрала с лица залитые кровью темные пряди и прошептала: – Ристон… Темный мучительно открыл глаза, несколько ирн поморгал, а потом его взгляд стал более осмысленным, и он прохрипел: – Оу… Это ты, подружка… – Не двигайся, я помогу! Потерпи еще немного… не умирай, друг! Я вытерла слезы, погладила парня по голове, а он попытался еще что-то сказать, но из его рта вытекла струйка темной крови. – Все потом, – шепнула я, – успеем наговориться, прошу, расслабься. Я, не мешкая более, выпустила «котика». Разом вспомнились все знания, полученные на уроках лекарского мастерства. «Котенок» с радостью убирал все темные пятна на ауре Ристона. Закончив, я открыла глаза и с облегчением констатировала, что мой друг крепко спит. – Признаться, я ведь сразу не поверил мир Атрусу, когда он рассказал мне о вашем даре. Вы невероятно сильный целитель, сударыня Нилия. – Ир Бонес ненадолго отвлекся от излечения пациентов и теперь ошеломленно переводил взор с меня на ир Янсиша. Я в ответ лишь пожала плечами и отправилась к следующему раненому. Не скажу, что мне пришлось легко. Постаралась отрешиться от всего, как учил меня мир Самаэль, но не плакать я просто не могла. Организм нескольких пациентов мне пришлось полностью изменять. У одной девушки в родне были эльфы, и я сделала ее эльфийкой, а одного мага я преобразила в дракона. Хвала богам, что его предками оказались эти перворожденные. Умаялась сильно; излечив очередного пациента, я шумно вздохнула – перед глазами мелькали черные точки. Подошел усталый ир Бонес и осторожно поднял меня с пола, на котором я сидела. – Сударыня Нилия, – чуть улыбнулся он, – отдохните, отоспитесь, а завтра снова явитесь к нам. Пойдемте, я провожу вас. «Котенок» внутри меня устало зевнул, свернулся клубком и уснул. В коридоре нам попалась Вира, она подхватила меня под локоть и отвела в комнату, в которой отдыхали целители. Здесь я сняла окровавленный фартук, вымыла руки, и кто-то подал мне чашку с настойкой терции, а подруга принесла шоколад. После такого угощения в моей голове прояснилось, и я, взглянув в окно, заметила, что день уже клонится к закату. Лучи заходящего солнца светили мне прямо в глаза. В комнатку вихрем влетела Иванна, схватив за руку свою старшую сестру, она затараторила: – Вира! Я нашла его! О, это надо видеть! Он стоит на крыльце! Ой, Нилия, и ты здесь! Пойдем с нами! – Куда? – устало поинтересовалась я. |
