— Слушай, зачем ишака крал, а?

Вика понял, что попался самым глупым образом, и, чтобы выиграть время, ответил вопросом на вопрос:

— А он что, и правда твой?

— Правда, правда. Я, понимаешь, думал, он отвязался, домой ушел, а его нет. Вот, следы сюда привели… — хозяин осла внезапно рассердился, его показное добродушие враз исчезло, и он прикрикнул: — Ну, говори, зачем крал?

Вика вздохнул и, неожиданно для себя самого, ответил правду:

— Выхода не было, видишь, и так пластом лежу…

Охотник, или кто он там, опустил дробовик, осторожно приблизился к Иртеньеву и первым делом ухватил примотанный к руке повод. Заполучив ишака обратно, его хозяин сразу успокоился, и теперь верх взяло обычное любопытство.

— Слушай, а ты кто?

— Человек… — негромко отозвался Иртеньев и в свою очередь пустил пробный шар: — А ты?

— Я? Васо…

Вика отчетливо понимал, что отпускать этого неизвестно откуда взявшегося Васо никак нельзя. Сейчас, оставшись без ишака, Иртеньеву придется неизвестно сколько лежать тут под деревом, а рассчитывать на то, что Васо никому ничего не скажет, было по меньшей мере наивно.

Вот когда Иртеньеву стало нестерпимо досадно оттого, что река сыграла с ним такую шутку. Еще вчера Вике и в голову не могло прийти, что он может оказаться в таком беспомощном положении.

Иртеньев еще раз окинул изучающим взглядом стоявшего перед ним человека, наскоро прикинул все «про» и «контра», но, отчетливо понимая, что другого выхода у него просто-напросто нет, наконец решился:

— Слушай, Васо… Помоги мне! Я заплачу…

Иртеньев как бы в бессилии прикрыл глаза, но в то же время продолжал из-под полуопущенных век настороженно следить за Васо, пытаясь по его реакции догадаться, чего следует ждать. Вика прекрасно понимал: человек, в горах отыскавший ишака по следам, может оказаться кем угодно…

Однако Васо почему-то медлил с ответом. Он смешно, совсем по-птичьи наклонял голову, как бы определяя, есть ли у бессильно лежащего под деревом человека хоть какие-то ценности, но в конце концов все-таки спросил:

— А у тебя что есть?

— Смотри… — Иртенеьев показал взглядом на лежавший чуть в стороне чемодан.

Еще явно колеблясь, Васо сделал один неуверенный шаг, потом другой, но то ли жадность, то ли любопытство пересилили, и он подтянул чемодан к себе, а затем, неловко поковырявшись с замками, откинул крышку.

Вряд ли лежавшая там скомканная кое-как одежда могла иметь привлекательный вид, однако, едва разглядев содержимое, Васо торопливо вытащил наружу еще не просохший, потерявший всякий вид полотняный пиджак и покосился на Иртеньева.

— Костюм белый, да?

Конечно же, называть побывавший в воде пиджак белым было большой натяжкой, и Вика криво улыбнулся.

— Как видишь…

Тем временем Васо быстро пересмотрел все, что Иртеньев запихал в чемодан, и вдруг, словно о чем-то догадавшись, сразу сменил интонацию:

— Слушай, ты почему мокрый? Что, в воду падал, да?

— Было…

Разговор сворачивал в нежелательную сторону, и Иртеньев сразу насторожился. Зато Васо, проявляя к мокрому костюму странный интерес, гнул свое:

— У водопада, да?

Иртеньев вздрогнул. Похоже, этот Васо знал больше, чем Вика предполагал, и стоило подумать, пропажа ли ишака или что другое погнало этого человека на поиски в горы. Однако выбора не было, и Иртень ев задал волновавший его вопрос в лоб:

— Откуда знаешь?

— Иса сказал.