— Лен, — жалобно протянул Дан, — какова вероятность, что тебе нужен сегодня не только друг, но и нечто большее.

— Вероятность очень велика, — поддержала я разговор.

— Ох, это хорошо.

Он развернул меня, притягивая ближе, усаживая на колени.

— Да, мне с тобой повезло, — продолжала я издеваться, — Верный друг и любовник неплохой.

— Неплохой? — хохотну Дан, а потом самокритичной заявил, — Да, пожалуй, сегодня я именно такой.

Мы занялись любовью прямо на диване. Под сводки Евроньюс, тирлиньканье почтовых оповещений и запах недоеденного бургера. Дан не ставил меня в изощренные позы, не требовал каких-то исключительных ласк. Он просто целовал меня, а я его. Мы обнимали друг друга крепко и жарко. Нам просто хотелось раствориться друг в друге, соединиться и проникнуться этим счастьем. Ничего особенного, даже обыденно как-то. Но мне было так хорошо.

Я не могла не вспомнить вечер с галстуком и соблазнением, когда Даня приехал ко мне после работы. Так хотелось его удивить, а он, видимо, просто хотел меня. Без выкрутасов и игр. Просто меня. Вот как сейчас. Со смазанным макияжем и одеждой, которую не было ни желания, ни сил снимать до конца. Как же я не поняла этого тогда? Не рассмотрела. Слишком увлеклась желанием выиграть.

— Скажи, что останешься на всю ночь, — прошептал Даня, придавливая меня к дивану, — ты же не будешь мне мстить за галстук и тренажерку. Пожалуйста, Лен. Останься.

— Останусь, — проговорила я так же тихо, — если ты с меня слезешь и разрешишь принять душ.

Дан тут же приподнялся, давая мне воздух.

— Придавил тебя? Прости. Да, душ будет очень кстати. Только есть загвоздка.

— Какая?

— Мыться можно только вдвоем.

— О, я должна была догадаться.

— Должна была, — согласился Ерохин, подмигивая, — Ты умная.

— Ты мне льстишь.

— Иногда. Но не в этом случае.

Я засмеялась.

— Пойду найду полотенце и халат, — оповестил Даня, — Ты помнишь до ванной дорогу?

— Да, помню.

Пока он ходил в спальню, я немного прибрала в гостиной, выбросила мусор, сунула последний бургер в холодильник, избавилась от остатков одежды и голая пошлепала в ванную. Дан уже настраивал воду. Такой же обнаженный и немного рассеянный, как и я.

В этот раз мы впервые использовали душевую по прямому назначению. Обнимались, конечно, и целовались, пока мыли друг друга, но дальше дело не пошло. Данина усталость заразила и меня. После горячей воды готова была родину продать, чтобы только поскорее оказаться в постели. Даже волосы не высушила, так и легла с мокрыми.

— Я такой скот, — проговорил Ерохин уже в спальне, стаскивая покрывало с кровати, — Как у Светы дела даже не спросил.

— Нормально, — я улыбнулась, — Костя немного переоценил масштаб депрессии. Светке просто нужно было это пережить.

— В таких делах, наверно, лучше перебдеть.

— Пожалуй. Она, конечно, не в лучезарном дзене, но бодрится. Завтра уже на работу выходит.

— Ммм, — протянул Дан, — Это хорошо. А тебе вот лучше еще побыть денек вне офиса.

— С чего бы это? — удивилась я.

— Работы для тебя пока нет. Я связывался с Даной. Раджа сейчас обрабатывают из головного офиса.

— У меня есть и другая работа.

— Никуда она не денется.