Не удивлюсь, если и у барышни поднялась температура в тех широтах. Я даже злиться на нее за это не могла, потому что прекрасно понимала: красивый, взрослый мужик на шикарной тачке. Сама в ее возрасте, наверно, от одного взгляда подобного субъекта в свою сторону, лишилась бы чувств. А эта малявка — ничего, крепкая. Похоже, знает, как хороши розовые губки и длинные ресницы с тонной туши.

Девчонка забралась на заднее сиденье, вытащила телефон, стала печатать что-то и хихикать.

— К приятелю в клуб едешь? — спросил Дан.

Я старалась не выдавать своего изумления, смотрела в окно. Но решение Ерохина довезти девушку и теперь вот инициатива в разговоре, мягко говоря, обескураживали.

— Типа того. Выбираю вот, какого послать.

— А может обоих? — Ерохин подмигнул ей через зеркало.

— Возможно. Иногда мужики такие дебилы. С девчонками лучше напьюсь и потанцую, — выдала мекая кокетка.

— Вот уж точно, — не сдержалась я.

— Я не был в «Айсберге», — посетовал Дан, — Хорошо там?

— Весело, — пожала плечами девчонка.

— Махнем, Лен?

— На работу завтра, — проскрипела я, снова входя в роль пенсионерки.

— Нет в тебе авантюризма, — пожаловался Дан.

— Ага, мы перестали делать милые глупости, лазить в окно к любимым женщинам, — процитировала я кривенько речь Ипполита из «Иронии судьбы».

— Вот-вот, — поддержала меня девочка, — такие парни пошли тупые и скучные. Хоть папика богатого заводи.

— Заводи, — поддержал ее Даниил, снова подмигивая и улыбаясь, — Ты хорошенькая.

Я едва не взорвалась. Флирт между ними был очевиден. Она намекала, он не передергивал. Я тут же почувствовала себя лишней. Захотелось выпрыгнуть на ходу из машины, чтобы избавиться от них, а их от себя. Надеясь, что Дан не заметит моего кипения, я отвернулась, игнорируя их, уставилась в окно.

Старалась не слушать и молилась, чтобы светофоры дали зеленый свет. Наверху меня услышали, и мы очень скоро припарковались у «Айсберга». Я лишь раз была в этом клубе. Репутацию он имел сомнительную. Хорошее вино, хорошая кухня, хорошая музыка, но по большей части туда шли знакомиться. У мужчин это место считалось сборищем недорогих девиц, которые за два коктейля могут согласиться на жаркую ночь. Я была там днем, с одногруппниками, отмечали защиту дипломов.

Наша пассажирка, похоже, отмечала очередную среду.

— Сколько я должна? — спросила она, залезая в сумочку.

— Нисколько, — отмахнулся Дан, развернувшись к ней, — Мы просто катаемся. Было весело.

Я изо всех сил держалась, чтобы не фыркнуть.

— Ммм, — протянула девчонка, подавшись вперед, — Тогда забери меня через пару часов.

Я не видела, но готова поспорить на большие деньги, что эта нахалка изобразила глазами: «Избавься от своей курицы и позажигаем ночью».

7- Завтра на работу, — процитировал меня Дан, заставляя нашу пассажирку пренебрежительно фыркнуть.

— Как хочешь, — выдала на прощанье и выскочила из машины.

Даже спасибо не сказала.

Ерохин махнул ей рукой и дал газу.

— Эй, Лен, ты как? — спросил он через минуту молчания, — Обиделась?

Судя по его тону, я должна была обидеться.

— Нет-нет. Конечно, нет, — затараторила я.

— Забавная девчонка.

— Да, смешная.

Чтобы увести разговор в сторону от этой неприятной поездки, я вдруг нашла слова для своего насущного вопроса.