После этого Дан сказал, что ему подали машину, и отключился. Не знаю, специально он меня накручивал этими звонками или действительно хотел держать связь, скучал, но я пребывала в таком тонусе. Лучшего и желать нельзя. На следующий день я начала готовиться с самого утра. Благо оно было поздним. Мила никуда не спешила и действовала мне на нервы, изредка уточняя, не слишком ли от меня вкусно пахнет и не очень ли я стараюсь расфуфыриться, примеряя половину гардероба.

Мне даже огрызаться в ответ было лень, и я пропускала ее издевки мимо ушей. Только не удержалась и предупредила, что, скорее всего, ночевать не вернусь.

Едва дождавшись назначенного часа, я прицелилась, чтобы прыгнуть в босоножки, но запел мобильник. Даня. Меня сразу напряг этот звонок. Он не давал знать о себе весь день, и я полагала, что излишне уточнять по сотому разу о встрече, но за полчаса до назначенного времени… Возможно, я нагнетаю?

— Ленк, я только домой вошел, ничего не успеваю, — одновременно огорошил и успокоил меня босс.

— Чего ты не успеваешь? — не поняла я. Он же дома. Что еще нужно?

— Душ, ужин, притормозить и отдышаться — ничего не успеваю, — жаловался он скороговоркой.

— Отдышаться точно успеешь.

— Нет-нет. Рыба сейчас быстро замаринуется. Картофель, шпинат. Так, а масло есть? О, есть. Все окей.

— Если устал, давай отложим или перенесем? — щедро предложила я.

Представив, что он только к ночи добрался из Москвы, и весь день сегодня где-то мотался, я не могла не проявить сочувствие.

— Зачем переносить? Куда отложим? — возмутился Ерохин, — Или у тебя что-то поменялось?

— Нет. Я собиралась выходить.

— Вот и выходи, малыш. Заодно поможешь мне.

— Скорее, я все испорчу.

— Доверю тебе самую тупую работу.

— Резать лук?

— И тереть сыр.

Смеясь, я закрепила ремешок босоножки, схватила сумку и махнула Милке на прощание. Дан сказал, в какую квартиру звонить и пожелал мне поскорее приехать.

Проходя мимо машин, что стояли у нашего дома, я видела в кривоватом отражении стекол себя, юную и энергичную. Юбка выше колен, легкомысленный шелковый топ и улыбка от уха до уха. Я чувствовала себя такой красивой, свежей, молодой и очень счастливой. Дожди перестали, снова светило солнце. Меня ждал потрясающий мужчина. Ради одного этого ощущения стоило забыть обо всем. Об игре, об отношениях с Владом, о том, что тот самый мужчина большой начальник всея строительства, связь с которым вряд ли закончится добром.

Я просто села в машину и поехала в центр, просто набрала цифры на домофоне, прошла в подъезд, который в пору было назвать парадной. Даже вахтерша сидела. Приветливая и опрятная. Я кивнула ей, здороваясь, пошагала к лифту.

Дверь квартиры была открыта. О, да. Хоромы.

— Это я, — крикнула погромче, чтобы охватить всю территорию.

— На кухне, — отозвался Дан.

Я пошла на звук.

То, что предстало передо мной на кухне сложно описать словами. На плите что-то варилось и жужжала вытяжка. Весь стол был заставлен мисками, кастрюльками, тарелками. Рядом валялась разделочная доска с чем-то порубленным и зеленым. Попа Дани (ее я узнала сразу) собственной персоной торчала каким-то причудливым образом из холодильника. Обман зрения, конечно. Он просто что-то искал в морозильной камере. Но выглядело забавно из-за отсутствия в поле зрения верхней части туловища.

Я хихикнула, давая о себе знать.

— Ну и дела!

Дан вынырнул из холодильника, у меня аж дыханье перехватило. Он был в расстёгнутой рубашке. Зачем-то оставил две пуговицы: одну внизу и одну посередине.