А Робу это удалось.

Давина улыбнулась. Облегченно вздохнув, она прикрыла глаза. Отяжелевшие веки сомкнулись как раз в тот момент, когда солнце скрылось за горизонтом.

Спала она недолго. Давина открыла глаза, когда Роб, прижимая ее к груди, спешился посреди небольшой поляны. В темноте она не могла видеть его, зато чувствовала сильные руки, слышала, как ровно и гулко бьется его сердце. Словно зачарованная, она ничего не замечала вокруг и немного пришла в себя лишь после того, как Роб бережно, насколько позволял его гигантский рост, опустил ее на землю.

Давина попыталась подняться, чтобы помочь остальным разбить лагерь, но Роб не дал ей этого сделать.

— Спи, милая, — хрипло прошептал он.

Но Давина не могла спать. Ее вновь охватило чувство свободы. Какое счастье не думать о том, что будет завтра. Она радостно улыбнулась Уиллу, когда тому удалось высечь искру, и пламя костра немного разогнало темноту. Ухмыляясь во весь рот, Уилл весело подмигнул ей. От неожиданности Давина вытаращила глаза.

— А вы неплохо справляетесь, миледи, — присев на корточки возле ее ног одобрительно пробормотал Эдвард.

И с улыбкой протянул ей крохотный букетик цветов.

— Чего мне бояться, когда я под защитой таких мужественных… — Давина, покопавшись в седельной сумке, вытащила каравай ржаного хлеба, — и предусмотрительных мужчин?

— Как приятно, что вы причислили к ним и меня, — усмехнулся Эдвард. Потом, понизив голос, чтобы никто не мог его слышать, добавил: — Но есть кое-что такое, что нам нужно обсудить наедине.

Эдвард был мрачен как туча, и Давина сразу догадалась, о чем пойдет речь. Конечно, она знала, что Эдвард влюблен в нее. Знала, как мучительно ему было видеть ее в объятиях Роба. Эдвард хорошо ее знал… возможно, он о многом догадывался. Ей не хотелось лишний раз причинять ему боль, и Давина умоляюще протянула к нему руки:

— Эдвард, я…

— А где у нас хлеб?

Вынырнув из темноты, над ней нагнулся Финн, разглядывая то, что лежало у нее на коленях.

— Вот он, юный сэр, — откликнулся Эдвард. — А вот тут, кажется, мед.

Забирая у Эдварда припасы, Финн ухмыльнулся. В глазах юноши вспыхнул ехидный огонек.

— Угу. Ограбили добрых сестер, значит?

— Нет, — добродушно ухмыльнулся в ответ Эдвард, словно ненадолго выкинув из головы то, что не давало ему покоя. — Твое лицо, парень, почему-то кажется мне знакомым. Кого-то ты мне напоминаешь… Фамильное сходство, наверное, да? — задумчиво пробормотал он.

Давина, отрезав краюху хлеба, протянула ее Финну вместе с фляжкой.

— Моего брата небось. Капитан Коннор Грант, слыхали? — буркнул Финн, подсаживаясь к Давине. Щедро полив краюху хлеба медом, он с аппетитом принялся жевать. — А может, вы его знаете?

Подумав немного, Эдвард покачал головой:

— Нет, мы не встречались. Но с другой стороны, я ведь четыре с лишним года безвылазно проторчал в аббатстве. Поэтому неудивительно, что я не знаю многих капитанов.

Пожав широченными плечами, Финн покосился на Роба, явно собиравшегося устроиться рядом с Давиной.

— Я ведь не слишком похож на Коннора, верно, Роб?

Не услышав ответа, Давина подняла глаза. И едва удержалась от крика — Роб смотрел на Эдварда, и на губах его играла опасная усмешка.

— Роб!

Моргнув, Роб повернулся к Финну. На скулах у него заходили желваки.

— Что? А… ну да… угу, конечно. Ты, парень, пошел в мать.

— Угу, — удовлетворенно кивнул Финн, передав фляжку подошедшему к ним Колину. — А вот Коннор здорово смахивает на нашего дядю.