Несколько минут спустя Макджоувэн выглядел уже совсем успокоившимся. Его нахмуренное лицо смягчилось, пару раз он даже улыбнулся. В конце концов незнакомцы развернулись с намерением уйти прочь. Напоследок Коннор решил подшутить, приподняв двумя пальцами юбки брюнета. На какой-то момент взгляду Джеммы открылся голый мужской зад. И хотя его владелец не подал виду, что смущен, на щеках его выступили красные пятна. И Коннор, и тот, которого называли Ангусом, расхохотались.

Коннор все еще улыбался, когда возвратился в хижину.

Джемма поджидала его у двери.

— Кто они такие? Чего они хотели?

— Я уже говорил — пара пьянчужек из Гленарриса.

Гленаррис! Опять Коннор упомянул это загадочное место и даже не потрудился как следует ей все объяснить.

— Где они вас нашли?

— У ручья. Я стирала.

— Они сказали вам, чего хотят?

— По их» словам, они узнали о том, что я здесь и пришли посмотреть на меня. Почему вы не позволили им войти?

— Они оба чертовски пьяны. Нечего им здесь делать.

Но Джемма не могла избавиться от ощущения, что Коннор выпроводил непрошеных гостей слишком уж поспешно и совсем по другой причине. Она могла бы поклясться, что Коннор сейчас соврал ей. Но им с таким трудом удалось достигнуть мира и согласия в отношениях, что девушка боялась задавать лишние вопросы, чтобы Коннор снова не превратился в высокомерного грубияна вместо нежного и внимательного мужа, к которому она привыкла за последнее время.

Эти двое незнакомцев… Что в действительности скрывается за их появлением? Почему так разозлился Коннор? И почему он все еще отказывается говорить с ней о Гленаррисе?

«Я должна, должна все узнать», — подумала Джемма в отчаянии. Невозможно любить человека и в то же время не доверять ему. В своем счастье она отбросила все прежние неприятные моменты их совместной жизни, но теперь старые вопросы вновь стеной встали между ними. И она должна получить на них ответы. Чтобы помочь ему. И защитить его. Чтобы любить его так, как она хочет: всем сердцем, всей душой.

Коннор еще несколько дней оставался на удивление раздражительным. Он все время был чем-нибудь занят и проводил все дневные часы вне дома, а ночью очень редко приходил к Джемме. Она поймала себя на том, что боясь очередной вспышки гнева Макджоувэна, изо всех сил старается подобрать нужные слова в разговоре с ним. Даже Поп и тот присмирел.

Однажды утром, когда за окном еще было темно, девушка спустилась сверху и застала Коннора за упаковкой вещей.

— Мне придется на время уехать, — бесцветным голосом произнес он.

— Почему? — спросила Джемма спокойно, хотя у нее перехватило дыхание.

— Нам нужна еда. Скоро снег ляжет окончательно, и мы не сможет выбраться отсюда до весны.

У них было достаточно запасов провизии, чтобы перезимовать. Но Джемма промолчала.

— Могу я поехать с вами? — спросила она чуть погодя.

— Нет.

Хотя Джемма и ожидала услышать именно такой ответ, он все равно больно ранил ее. Облокотившись на перила, она стояла и смотрела, как Коннор собирается. Он ни разу даже не взглянул на нее. Так же, не поднимая глаз, Макджоувэн дал ей последние наставления относительно пистолетов и запоров на двери и сказал, что постарается вернуться как можно скорее. Напоследок он спросил, не нужно ли ей привезти что-нибудь особенное. Джемма покачала головой.

— Ну, тогда все. До встречи.

И снова, прильнув к стеклу, она провожала глазами удаляющуюся повозку. И снова молила Бога, чтобы Коннор оглянулся. И снова он этого не сделал.

Глава 20

Коннора не было восемь дней. Бесконечных дней, в течение которых Джемма похудела до невероятности и измучилась от тревоги за него.