— Амараз сказал что-нибудь еще? — тревожно спросил Лукьен. — Он все еще собирается сделать то, что задумал?

— Амараз не изменит своего решения, Лукьен. Если лиирийцы победят и войдут в Гримхольд, мы сожжем их. И сгорим сами.

— Миникин, помните о моем обещании. Я не позволю лиирийцам одержать верх. Верьте мне.

Миникин улыбнулась и поманила его поближе. Когда Лукьен подошел, она поцеловала его со словами:

— Вы очень славный человек, Бронзовый Рыцарь. Но даже я не очень верю в чудо, — она повернулась и пошла к дверям. — Мне нужно увидеть остальных. Поговорить с ними перед битвой. Гилвин, поднимайся в башню вместе с Белоглазкой. Подождите меня там. Я скоро буду.

Лукьен ждал, пока она выйдет, чтобы сказать кое-что Гилвину. Юноша улыбнулся ему, но глаза его остались печальными. Только сейчас Лукьен осознал, как много значит для него этот паренек. Нельзя допустить, чтобы погибли все Нечеловеки, и нельзя позволить, чтобы пострадал Гилвин.

— Я ведь еще не благодарил тебя за свое спасение? — проговорил он.

— Благодарил, — откликнулся парень. Выражение его лица стало серьезным. — А ты и вправду считаешь, что шанс на победу есть?

— Я намерен разбить Трагера раз и навсегда, — ответил старший товарищ. Он положил руку на плечо Гилвину. — Ты был мне добрым другом. Из тебя бы получился отличный королевский гвардеец.

— Хм, ну, не знаю, — пошутил Гилвин. — Сейчас гвардейцы — уже не те, что раньше.

— Зло развратило их, — заметил Лукьен. — Не забывай об этом. А еще не забывай, что значит это звание — королевский гвардеец, ведь оно, без сомнения, возродится в будущем.

— Не забуду, — заверил Гилвин. Он сделал шаг назад и оглядел Лукьена. — Никогда прежде не видел тебя в доспехах. Ты выглядишь… Ну, примерно, так, как я и ожидал. Удачи тебе, Лукьен.

Лукьен привлек к себе паренька и поцеловал в лоб.

— И тебе. Береги свою девушку.

Выйдя наружу, Лукьен отыскал Торина у ворот. Барон отдавал распоряжения своим людям. Велел лучникам занять площадь побольше, а копьеносцам — расположиться под прикрытием лучников. Этот план Торин и Лукьен разрабатывали вместе. Каждый боец должен был еще иметь меч, чтобы выстоять в сражении. Торин заметил Лукьена и помахал ему. Барон облачился в какие-то невообразимые доспехи, которые откопал в подвалах, а вокруг пустого рукава повязал синюю ленточку — цвет своего дворянского дома в Лиирии.

— Ну, Лукьен, что скажешь?

— Через час, а то и меньше. Облачаются для битвы, — Лукьен повысил голос, чтобы слышали все Нечеловеки. — Друзья! Лиирийцы уже близко. Занимайте позиции и ждите моих приказов. И не позволяйте им себя заметить!

— Где ты будешь, Лукьен? — спросил Даррен. Фермер был вооружен большим луком. — Нам важно тебя видеть.

Лукьен указал на вершину каньона.

— Вон там, на южном склоне. Барон Гласс останется с вами, на северном. Те, кто не увидит меня, услышат мои приказы. Так что не волнуйтесь.

Даррен кивнул и принялся подниматься по тропе, проложенной среди камней. Соратники последовали его примеру, занимая места, спрятанные среди скал.

— Южный склон? — удивился Торин. — Мы же собирались быть на северном склоне, Лукьен, за крепостью.