Люк встречал сестер в аэропорту Хитроу, в зале ожидания. Он приветствовал Аннализу с таким убедительным раскаянием, с такой любовью, что Кори покоробило. Обыватели узнавали его, смотрели во все глаза, толкая друг друга — вот он, живьем! Если бы они только знали, что он такое на самом деле!

Самое большее, чего он удостоился от Кори, — обычного приветствия. Она согласилась на его предложение подбросить ее домой и распрощалась с ними.

Кори захлопнула за собой дверь, оглядела свое жилище. Она любила это уютное местечко, его уединенность, ее собственный рай, в котором можно спрятаться от всего света, когда жизнь доводит до предела. Одна из секретарш компании забегала поливать цветы и даже оставила букетик фрезии в знак приветствия. Если бы не раздвоенность, не ощущение, что часть ее осталась по ту сторону земного шара! Она прошлась по комнатам, убедилась, что все в порядке, и гнетущее состояние еще больше усилилось, как будто не было трех последних недель.

Прежде чем включить автоответчик, она ухватилась за слабую надежду — а вдруг он звонил? Он же мог взять телефон у Фелисити… Но увы, сердце Кори сжалось от разочарования.

Однако было сообщение от Фелисити. «Позвони немедленно, как только появишься! — взволнованно проговорила подруга. — Я не смогла связаться с тобой в Сан-Франциско, ты не оставила телефона. Это очень важно».

И снова сердце Кори екнуло. Голос Фелисити звучал так возбужденно, что наверняка речь пойдет о Кристосе. Впрочем, самая последняя запись рассеяла все сомнения. «Привет. Это Фелисити. Я решила тебя предупредить: все, что я собираюсь изложить, никак не связано с Кристосом. Но позвони мне, Кори. Обязательно!»

Кори посмотрела на часы. В Лос-Анджелесе пять утра. Ну что ж, Фелисити говорила так настойчиво, что придется потревожить ее в такую рань. Однако Кори услышала только автоответчик. Она оставила сообщение и пошла заваривать чай. Боже, как она соскучилась по разговорам с Полой!

Через десять минут Кори уже устроилась на диване и выкладывала Поле все новости. Правда, не вдаваясь в подробности.

— У тебя печальный голос, Кори. Что-то случилось? Или просто разница во времени?

Кори вздохнула:

— И то, и другое. О Боже, Пола столько всего произошло, что я даже не знаю, с чего начать.

— Давай с самого главного. Ну к примеру, ты встречалась с Кристосом Беннати?

— Да. Встречалась. Но лучше я приеду к тебе на следующий уик-энд и все расскажу. О’кей?

— Это жестоко! Я просто сгораю от любопытства! — Впрочем, уловив, что Кори действительно не в настроении, Пола добавила: — Я соскучилась по тебе.

— Я тоже. — Глаза Кори наполнились слезами. — Ладно, позвоню тебе в середине недели.

Кори нехотя положила трубку, легла в постель и горько заплакала.

К своему облегчению, утром она почувствовала себя лучше. Оказалось, что Люк отложил передачу «Неделя» ради их об изнасиловании. Значит, в следующие тридцать шесть часов Кори будет очень занята. Она ни на минуту не покидала монтажной, весь вечер соединяла куски.

Передача пошла в эфир, и коллеги настояли на символическом банкете. Кори, правда, не испытывала особой радости, хотя, несмотря на все трудности, работа получилась хорошая. В Челси в «Артс-клаб» Аннализа купила первую бутылку шампанского, Люк вторую, Алан Фокс третью. Кори понятия не имела, кто купил четвертую, пятую и шестую. Она пила так, словно завтра никогда не наступит. Наутро Кори мало что могла вспомнить, но в одном не сомневалась — перед сном она снова плакала: глаза опухли и покраснели.

Аннализа, довольная до безобразия, заехала за ней в девять. Вчерашний банкет на ней никак не отразился.