Женни подождала, пока установится мертвая тишина, и выпалила:

— На случай, если вы не знаете. Парень, вместе с Кристосом смотревший наш отснятый материал на прошлой неделе, Пьер Монтбастион, отбирает фильмы для следующего фестиваля в Каннах. И… — она выдержала паузу и обвела собравшихся многозначительным взглядом. — «Паст ливз презент» отобран для участия! — победоносно объявила она.

Вокруг все зашумели, захлопали, постановщики пожимали Кристосу руку.

— Нам еще многое надо сделать, — напомнил Беннати, оглядывая группу, — а времени не так уж много. Хотя все в наших руках, и я еще раз повторяю: если кто-то станет манкировать своими обязанностями, то — скатертью дорога. Понятно?

Толпа загудела в ответ.

И вновь поднялся привычный шум — ассистенты, секретари, продюсеры, менеджеры, бухгалтеры сели на телефоны, а Женни, лавируя между беспорядочно расставленными столами, пробралась к Кристосу. Едва взглянув на него, поняла — Беннати злой как черт.

— Ты еще не связалась с теми ребятами? — резко бросил он. — Засадила меня за монтаж, когда я уже должен быть в Англии. Как, черт побери, я могу находиться сразу в двух местах?

— Лэнс тоже едет в Англию, — напомнила она ему мягко. — Ты сам просил.

Кристос недоумевающе взглянул на нее, потом снова повернулся к доске объявлений.

— Тут нет Уилтшира, — напряженно проговорил он.

— Детали сегодня чуть позже, — Женни указала на карточку в самом низу доски. Если бы не жалость к нему, она бы расхохоталась.

— Кристос, тебе забронировать какой-нибудь определенный отель в Лондоне? — крикнул кто-то из менеджеров. — А?

— Все равно. — Он повернулся к Женни. — Свяжись с Фитцпатриком, выясни, можно ли снять дом для семейства Дэвида Истона. Если что-то надо, я с Лэнсом. — И прежде, чем Женни успела что-либо сообразить, он вышел.

— Для счастливого человека он выглядит не очень-то. Словно его что-то гложет, — заметил какой-то менеджер, убедившись, что Кристос уже не слышит.

— Гм, или кто-то, — Женни посмотрела ему вслед.

— О? — заинтересованно загудели вокруг.

Женни смеясь, заторопилась к выходу, не желая участвовать в пересудах о его связи с Пейдж Спенсер.

У себя в кабинете, рядом с кабинетом Беннати, Женни увидела мужа. Он расположился за ее столом и разговаривал по телефону. На другом конце провода раздалось рявканье, Ричард занервничал и наконец положил трубку.

— Что, головомойка? — посочувствовала Женни.

— Черт бы его побрал! — Ричард зло взглянул на телефон. — Что за дьявол его разбирает? Такой злющий в последние дни.

— Не что, а кто. Женщина.

Ричард отмахнулся.

— Нет, женщины его так не доводят, — хмыкнул он.

— А эта — доводит.

Ричард удивленно раскрыл глаза и покачал головой.

— Вряд ли Пейдж Спенсер так много значит для него.

— Разве я сказала, что это Пейдж. Спенсер?

Ричард изумился в очередной раз:

— Тогда кто же?

— Попробуй догадаться. Сам говоришь, чем ближе отъезд в Англию, тем он все хуже?

— Ты шутишь? Хочешь сказать, он попался на удочку английской девице из команды Фитцпатрика?

— Вот именно. Кстати, ее зовут Кори Браун.

Ричард улыбнулся:

— Да будь я проклят. Ты-то откуда знаешь?

— Ну, давай скажем иначе — я знаю Кристоса, и я тебе говорю, что это связано с ней.