Роджер нежно посмотрел на маленькую Анну и глубоко вздохнул.

– Разрешишь нам поговорить с мамой, обсудить взрослые вещи, принцесса? – Его голос мгновенно изменился.

– Да, конечно, – радостно ответил ребенок.

– Пойди поиграй в своей комнате.

Девочка отошла от отца и побежала наверх, в свою комнату. Наблюдающая за происходящим Анна пыталась послушать диалог родителей, но не могла ничего расслышать. Чем дальше маленькая Анна убегала, тем хуже взрослая Анна могла разглядеть интерьер вокруг и голоса: все постепенно потеряло четкость и понятливость, а окружение стало слишком размытым. Все, что могла поделать Анна, – это направиться за своим пятилетним двойником. Она поднялась на второй этаж, прошла вдоль широкого коридора и повернула направо, открыв дверь в свою комнату.

* * *

«Королевство», – первое, о чем подумала девушка, увидев обитель своего забытого детства. Величественная мебель, словно взятая из диснеевской «Спящей красавицы» или «Красавицы и чудовища»; нежные розовые оттенки повсюду; рисунки замков на стенах. Пока пятилетний ребенок что-то рисовал на полу, Анна внимательно осматривала свою комнату: ей казалось, что она очутилась в старом семейном альбоме, в котором запечатлели лучшие, но позабытые воспоминания. На детских рисунках Анна подметила одну важную деталь: практически везде юная Анна рисовала себя рядом с отцом, а мама была отдалена. Это были просто кривые линии, треугольники и черточки, в которых вряд ли можно было разглядеть художественный потенциал, но говорили они о многом. Особенно если на эти детские зарисовки посмотрит взрослый.

– Как думаешь, я монстр? – внезапно спросила пятилетняя Анна.

Девушка обернулась. Сначала ей показалось, что ребенок разговаривал сам с собой или с вымышленным другом, но девочка смотрела прямо в глаза своей будущей версии. Анна не могла поверить, что ее заметили. Все это время она была лишь призрачным гостем этого воспоминания, но сейчас она стала прямой участницей окружения.

– Что ты говоришь. Никакой ты не… – начала отвечать девушка, но внезапно замолкла. Закончить предложение ей помешал внезапно выпрыгнувший из кипы мягких игрушек кот, которого маленькая девочка взяла на руки и стала нежно ласкать. Анна на мгновение представила, как на руках ребенка лежит окровавленное мертвое животное, из которого она решила сделать букет.

– Почему ты так говоришь? – Взрослая Анна пришла в себя и продолжила диалог с самой собой.

– А почему родители ругаются? Из-за меня?

– Нет, просто сейчас непростые времена. В мире. В отношениях. Везде.

– Папа об этом часто говорит, а потом он меня называет «принцессой» и становится таким веселым и счастливым. – Юная Анна неожиданно улыбнулась.

Взрослая же Анна почувствовала дрожь по всему телу, услышав самое ненавистное ей слово. Пазл стал складываться во все более и более четкую картинку, хотя девушка не могла понять, почему же она ничего не помнит.

– Мы с ним столько всего вместе делаем: смотрим мультики, играем в игры и даже пишем друг другу письма.

– Письма? – удивленно уточнила девушка.

Девочка опустила кота, резко встала и подбежала к небольшой розовой тумбочке с золотистым орнаментом. Она достала оттуда небольшую шкатулку и поднесла к гостье. Девушка осторожно взяла предмет, словно это самый дорогой хрусталь в мире, а затем открыла его. Она увидела множество свертков, оформленных под Средневековье, и взяла один из них.

Анна раскрыла его и прочла следующее: «Ваше Высочество! Не соизволите ли присоединиться к королевскому обеду? Принцессам нужно правильно питаться. Не буду раскрывать детали обеда, но ваш король попытается вас удивить».