|
Чем больше Кайман на нее смотрел, тем меньше она ему нравилась. Впрочем, разве «карусель» вообще может нравиться? Не больше, чем гильотина или электрический стул. Одну из самых смертоносных аномалий Зоны называли по-всякому. «Мясорубкой» — за то, что именно она делает с телом живого существа. «Каруселью» — за то, что она прежде раскручивает жертву, и только потом разрывает на части. «Птичьей каруселью» — за то, что в вихрь частенько попадают вороны, и опознать аномалию можно либо по беспомощно кружащимся в воздухе птицам, либо по разбросанным вокруг кровавым лепешкам с перьями, которые от них остаются. Кайман однажды пережидал выброс в одном схроне со сталкером, малость свихнувшимся на «каруселях». Он промышлял сбором артефактов, которые извергает из себя именно эта аномалия. Кайману, особенно первое время в Зоне, претила мысль о том, что все эти целебные «ломти мяса», «рога нарвала» и «души» происходят из погибших в «мясорубках» бедолаг. Но психа он слушал внимательно — мало ли, что и когда может пригодиться. Например, тот утверждал, что девяносто пять процентов вихрей закручены по часовой стрелке, и только пять — против. Правда, и те и другие одинаково смертельны для человека, так какая разница, справа налево тебя потащит к безвременной кончине или слева направо? Кайман пару раз видел, как убивает «карусель», и обходил их десятой дорогой. А теперь им предстояло по своей воле лезть в аномалию, и вся его сталкерская натура этому сопротивлялась. «Карусель», на которую прямо сейчас мрачно взирал Кайман, крутилась по часовой стрелке — как большинство. И все-таки она была особенной. Более того, уникальной. Невидимый аномальный вихрь своей верхушкой доставал до пространственного перехода. Переход вел в затерянную деревню, куда Кайман с Мышкой собирались попасть. Если опытный и хладнокровный сталкер угодил в «карусель», у него все-таки есть слабенький шанс вырваться. Нельзя беспорядочно размахивать руками и ногами, надо изо всех сил рваться на периферию вихря. Если повезет и если получится, аномалия может не удержать тяжелую добычу. Грохнешься, конечно, все кости себе отобьешь, но можешь остаться жив. С «каруселью», ведущей в затерянную деревню, следовало поступать с точностью до наоборот. Нужно было броситься в нее с разбега и постараться прорваться в самый центр аномалии, где восходящие токи сильнее всего. Тогда вихрь стремительно утащит тебя на самый верх и зашвырнет в пространственное окно. А если не выйдет — пиши пропало. Второй попытки не будет. «Карусель» закружит неудачника по нисходящей, аномальные силы вцепятся в его тело, станут тянуть в разные стороны и рвать на части. Раздерут на «ломти мяса», вытряхнут «душу», а кости закрутят в «рога нарвала». Был сталкер — стал набор артефактов. Тьфу, ёшкин кот! Кайман и правда плюнул с досады. Очень не хочется нырять в «мясорубку». А придется. Да уж, обитатели деревни могут не ждать гостей толпами. Неудивительно, что Везунчик, как ушел из дому, так и не собрался навестить родные края. Надо иметь очень сильный стимул, чтобы сунуть голову в эту петлю. Сталкер хмуро посмотрел на девушку. — Все поняла? — в который уже раз спросил он. |
