— Хм…так что, теперь я уже «свой»?

— Похоже на то! — кивнул Крис.

Я напялил шлем, подобрал сумку и шагнул к дверям шлюза, но в последний момент остановился и снова повернулся к Крису.

— Меня давно беспокоил вопрос…

— Спрашивай.

— Почему я не помню своего имени и фамилии, не помню, кто я, а вы трое, да и остальные в группе, знаете, кто вы есть? Почему на комбезах нет бейджей, хоть чего-нибудь, чтобы человек, покинув капсулу, мог узнать, кто он, имел шанс вспомнить свое прошлое?

— Видишь ли…

Судя по дальнейшему рассказу Криса, тем, кто проснулся первыми, вовремя, повезло гораздо больше, чем мне. Как уже было выяснено — модули раскидало по системе, они не попали в одну точку как планировалось.

Тем не менее, большая часть модулей, большая часть участников экспедиции, оказались там, где и положено.

Все выглядело следующим образом: капсулы передавали на МС (Модуль связи, он же Инфомодуль, модуль-контролер или просто сервер) всю метрику, все данные о состоянии человека внутри них. Далее МС давал команду на пробуждение, если все в порядке. Кроме того, человек получал первичные инструкции о том, что делать, а также проходил короткий брифинг, касающийся того, кто он, что тут делает, и где вообще находится.

Первые пробудившиеся практически на всех частотах связи могли сами, «вручную» связаться с МС согласно полученным инструкциям. По большому счету, модуль этот являлся одним из наиболее важных в нашей экспедиции — это было хранилище всех данных, всей информации. И той, которая была нам нужна для работ, и той, которая касалась нас самих, и той, что могла пригодиться (объемы данных измерялись петабайтами).

Как только модуль принимал запрос, пробудившийся должен был пройти идентификацию по голосу, система могла сверить его лицо с фотографиями, имеющимися на сервере, и на основании этих данных провести идентификацию. Далее система проводила тест «пробудившегося», удостоверялась в том, что человек психически и физически здоров.

После прохождения теста проснувшемуся человеку передавалась информация личного характера (на МС было огромное хранилище данных, база всех участников экспедиции, их данные и вся другая информация). Чаще всего, после рассмотрения своих фото, видео, каких-то заметок, им же самим для себя же и записанных, пробуждалась память. Если же этого не происходило, МС сообщал астронавту его идентификатор и временный пароль (ограниченный доступ к функционалу модулей и кораблей). Однако в большинстве случаев человек довольно-таки быстро все вспоминал сам и получал полный доступ. В том смысле, что во временном пароле необходимости не было.

Вот только со мной ничего подобного не было. Никакого МС рядом с моей станцией не оказалось… Может, поэтому я пробудился так поздно? Модуль не вышел на связь, в электронных мозгах капсул без связи с «центром» произошло замыкание, и капсулы не пробудили нас вовремя. Интересно, сколько таких же, как я? Ведь по всему выходит, что это систематический сбой. Нет МС — капсула не активируется пока человеку внутри нее не будет угрожать опасность или не случится иной форс-мажор. И только тогда сработает триггер, программа начнет выполнять положенный шаблон действий.

Впрочем, мне еще повезло, ведь для тех, кто пробудился вовремя, очень скоро все полетело в тартарары…

— Так значит, я могу попытаться связаться с МС? — спросил я.

— Можешь, — вздохнул Крис, — да вот только когда «техники» начали действовать, он был отключен. Думаю, «техникам» попросту не надо, чтобы люди вспоминали, кто они есть.

— Почему?

— С ними проще справиться, но не в этом дело. Думаю, с помощью МС мы могли бы понять, кто же такие «техники».