Неужели я так ничему и не научусь? Столкнувшись с моими бурными эмоциями, Элвин дал задний ход. Как моя семья. Как Келвин.

Кристин сделала глоток вина и, поднеся к глазам полупустой стакан, сквозь призму стекла стала рассматривать пузырьки пены.

Я должна вернуть Элвину спокойствие…

Вот именно!

Нам необходимо обсудить вопрос об оплате его эскорт-услуг. Если мне удастся убедить Элвина, что я всего лишь оплачиваю его время, он поймет, что мне нужны лишь чисто деловые отношения. Ведь так оно и есть, не правда ли? Но это ли мне нужно?

Кристин вспомнила ощущение его языка и грубоватую нежность рук…

Зазвонил телефон. Все еще полная воспоминаний, она дотянулась до аппарата и поднесла трубку к уху.

— Алло?

— Кристин? — Голос Элвина звучал так, словно он был за стенкой.

— Да, — не в силах скрыть вспыхнувшей радости, хрипловато ответила она. — Я как раз думала о вас.

— Приятно слышать. Я тоже думал о вас.

— Мне кажется, мы должны пересмотреть наше соглашение…

— Я тоже так считаю. — Элвин выразительно вздохнул. — Наконец мы работаем на одной частоте.

Кристин с удовольствием допила вино и поставила стакан на бортик ванны. Вроде все получается даже лучше, чем она предполагала.

— Великолепно. Мне будет куда легче в случае, если я оплачу потраченное вами время. Вы прикидывали устраивающую вас сумму?

Долгое молчание.

— Не думаю, что нам имеет смысл говорить о деньгах, — наконец отозвался Элвин. — Строго говоря, я вообще не считаю…

— Вы хотите поговорить о субботнем вечере? Хорошо. Мне кажется…

— Нет-нет. Давайте не будем говорить и об этом.

Кристин переложила трубку к другому уху и задела проводом стакан. Тот полетел в воду.

— Ой!

— Что там у вас случилось? — забеспокоился Элвин.

— Смахнула в воду стакан из-под вина. Значит, о субботнем вечере…

— Честно говоря, я не думал о… Вы что моете посуду?

— Нет. — Она нащупала стакан и, выудив из воды, положила на полочку, где лежало мыло. — Согласитесь, мы можем всего лишь поговорить на эту тему и… — Теперь с полочки съехал кусок мыла. — Ой! Теперь и мыло ускользнуло!

— Да чем вы там занимаетесь?

— Принимаю ванну. Элвин…

— Ванну? Вы лежите в ней? — У Элвина, как у мальчишки, сорвался голос.

— В компании мыльных пузырей.

— А где мыло?

Кристин пошарила в воде.

— Ммм…

— А что… что вы сейчас моете?

Она вскинула над водой ступню с растопыренными пальчиками.

— Ногу.

— Какая она маленькая, — тихо сказал Элвин. — У вас красивые ноги. Стройные и крепкие.

— Благодаря гимнастике. — Она провела куском мыла по голени до колена. — А иногда по субботам и воскресеньям я бегаю.

Кристин слышала его дыхание. Вдох-выдох, вдох-выдох. Теперь она дышала с Эл-вином в унисон, а когда мыло коснулось бедра, предательская память напомнила касание его ноги во время танца.

— А где сейчас мыло? — спросил он.

Вздрогнув, Кристин уронила мыло.