Оседлав любимого коня, Митч направился в степь. Проезжая мимо дома, он бросил взгляд на окно, за которым спала Джинни. И на мгновение почувствовал, как прижимает к себе ее гибкое тело. Митч яростно пришпорил коня.

Когда Джинни вошла в кухню, Джоуи был уже одет и завтракал.

– Я не слышала, как ты встал. – Она наклонилась и поцеловала его в щеку. Мальчик с аппетитом ел овсянку.

– Привет, мама! Я хотел есть.

– Я приготовлю вам поднос, мисс Морган, – сказала Росита.

– Можно мне поесть здесь? С Джоуи? – спросила Джинни.

Она не знала, принято ли это в их доме, но так хотелось позавтракать вместе с сыном в этой солнечной комнате. В спальне ей было бы одиноко.

– Конечно! Что вы хотите? Сейчас сварятся яйца, подогреваются сосиски, есть печенье и овсяная каша.

– Все, что вы перечислили. – Джинни села рядом с Джоуи. – Росита, вы не поможете мне найти недорогую квартиру в Тамблвиде, но без договора об аренде? Мы будем жить там только на время операции Джоуи и до возвращения Хелен.

– Я думала, вы будете жить здесь, в этом доме, – возразила Росита, нахмурившись. – Так мне вчера сказала мисс Эмилин.

– Будет лучше, если мы поселимся где-нибудь в городе. – Джинни посмотрела на Джоуи и перевела взгляд на Роситу. – Мне кажется, наше пребывание в этом доме не нравится Митчу. Возникают ситуации, которые ему неприятны.

– Да. – Пожилая женщина грустно кивнула. – Возможно, это из-за ребенка. Но время идет, может быть, вы и мальчик – именно то, что нужно, чтобы помочь сеньору Холдену понять, что жизнь продолжается.

– Он делает для нас так много, я не хочу создавать ему неудобства, – возразила Джинни.

– Я дам вам адрес моей подруги Саманты Биллинг. Она работает в агентстве недвижимости и должна знать, кто сдает квартиры на короткий срок. Но сначала вам надо поговорить с сеньором Холденом.

– Спасибо! Я уверена, он не будет возражать.

Джинни обрадовалась, что вопрос с жильем почти решился. Она быстро доела завтрак и спросила у Джоуи, кто помог ему одеться.

– Тетя Эмилин сказала, что такому большому мальчику, как я, уже пора одеваться самому, и, когда ты болела, я так и делал! Теперь я каждый день одеваюсь сам! – с гордостью сказал он.

Так вот кто заботился о нем во время ее болезни!

Чуть позже Джинни собралась с духом и пошла в офис. Но Митча там не было. На ее столе лежала кипа бумаг, две стопки сопровождались загадочными пометками. Она увидела адресованную ей записку.

У Джинни потеплело на сердце, когда она прочитала первые строки его записки. Он уехал, но вернется к тому времени, когда им нужно будет отправиться на прием к врачу, с которым он уже договорился. В отличие от нее, он не забыл об этом. Поиски квартиры на сегодня отменяются.

За десять минут она научилась пользоваться факсом, и, воодушевленная успехом, обрела уверенность. Связь больше не прерывалась, и принятые Джинни сообщения получались четкими и ясными.

Митч вошел в комнату, когда в факсе была последняя страница. Джинни растерялась. Нужно ли упоминать о вчерашней ночи или лучше промолчать? В конце концов, ничего не произошло.

– Доброе утро, – сказал он.

– Доброе утро.

Она почувствовала, как краска заливает ей лицо. Неужели это детское смущение никогда не пройдет? Однако Митч, кажется, ничего не заметил и быстро прошел в свой кабинет.

Он не закрыл за собой дверь, и Джинни видела, как он сел за стол. Наверное, они с Хелен специально устроили офис так, чтобы можно было переговариваться через открытую дверь.

Снова зазвонил телефон, и Джинни подняла трубку.