Она вскочила на ноги одним грациозным движением. Прозрачное платье захватил легкий ветерок, так что оно обвилось вокруг стройных ног. Тот же ветерок потревожил сияющие золотом волосы, кудри коснулись ее щек, нежные пальцы отбросили их прочь.

– Чуть позже, Том. Тебе еще многое предстоит узнать.

* * *

Скоро они достигли озера, и его вид оказался сюрпризом для Тома: миллионы крохотных блесток, похожих на дневные звезды, сверкали там, где вода соприкасалась с берегом. Молодой человек не помнил, чтобы ему приходилось сталкиваться с подобным феноменом в дни своего детства. Он встал на колени, чтобы рассмотреть ближайшее к нему светлое пятнышко. Это оказался неровный многогранный камень, колючий на ощупь, серебристо‑белый с голубыми и розовыми вкраплениями на углах.

– Коралл, – объяснила Дженнет, едва Киндред открыл рот, чтобы задать вопрос. – Четыреста миллионов лет назад это место было огромным барьерным рифом. Если начать здесь раскопки, то можно найти морские раковины и кости древних морских созданий.

Он – в который уже раз! – с изумлением покачал головой.

– Почему я не видел этого раньше? Я постоянно приходил сюда, когда был мальчиком.

– Ты только сегодня вновь начал обретать ясность взора.

Том взглянул на гладкую зеркальную поверхность озера Внезапно ее потревожила стремительно бросившаяся вниз цапля, еще в полете нацелившаяся клювом на неосторожную рыбу. Большая птица величественно поднялась, и рябь украдкой потянулась по направлению к берегу, среди все увеличивавшихся волн. Затем круги не только увеличились, но к ним присоединились другие, по всей поверхности озера, словно водную гладь волновало что‑то снизу.

Вначале они появлялись по одиночке, затем группами по трое‑четверо. Поднимаясь со дна, они пели песни, звуки которых одновременно восхищали и ужасали.

23

Что делала Кэти

Нелл отвела Кэти в спальню Тома. Женщина протестовала, но слабо, протесты ни к чему не привели, уже через несколько мгновений они целовали друг друга в губы, а пальцы Нелл легко и игриво скользили вокруг напрягшихся сосков Кэти. Затем они медленно, успокаивающе поползли по затылку, пробежали вниз по позвоночнику. Ненавязчивые прикосновения мягких кончиков пальцев, вызывая дрожь в теле Кэти, проникали за эластичный пояс ее спортивных брюк; ей хотелось, чтобы эти ласковые пальцы двигались дальше, к влаге между ног, но женщине было стыдно высказать свои желания вслух.

Поцелуи не были обольстительными. Ухмылка на лице Нелл испугала Кэти, однако алая щель рта темноглазой красавицы казалась еще более соблазнительной из‑за страха, поскольку повышала напряжение, необычность ситуации выводила ее чувства почти в точку разрушения. Что с ней происходит? Почему ее обуревают подобные чувства, – а неожиданная страсть стала слишком сильной, слишком свирепой, чтобы быть отвергнутой, – куда исчез здравый смысл? Ее собственные губы крепко, без колебаний, прижались к губам другой женщины. Даже внутренний трепет способствовал нарастанию возбуждения. И Кэти приоткрыла рот, приглашая Нелл вторгнуться, возможно даже настаивая на этом вторжении. Язык партнерши с наслаждением проник внутрь, встретился с ее языком, их кончики сплелись, соки смешались.

Хотя Кэти хотелось, чтобы это случилось, ее руки оставались прижатыми к бокам, не потянулись к темноволосой женщине, чтобы крепко обнять ее. Она оставалась агнцем, ведомым на заклание, но не для кровопролития, а для достижения экстаза, и казалось, что грех будет менее тяжким, если сохранять подобное положение.

Но ее тело, ее собственное неуправляемое желание предавало хозяйку, навязывало свою волю, и Кэти обнаружила, что уже прижимается пахом к Нелл. Они обе двигались, настойчиво толкаясь, изредка тихо постанывая.