На стоянке его встречала Елена, в белоснежном костюме, и волосами в сложной причёске, начальник его личной охраны Пётр Свиридов, и пятёрка егерей. Поздоровавшись со всеми, Владимир сел в новенький бронированный лимузин Волга, и под щебетание помощницы, докладывавшей о положении дел, поехал домой.

Поняв, что не слушает Елену, жестом остановил девушку.

— Лен. Есть что-то куда мне нужно вмешаться прямо сегодня?

— Э… нет.

— Хорошо. — Соколов кивнул. — Теперь второй вопрос. В целом всё хорошо, или есть какие — то тревожные сигналы, что скоро или в перспективе всё будет плохо? Тоже нет? Отлично. Ну и третий вопрос. У тебя всё в порядке? Тоже хорошо? Тогда будем считать, что доклад закончен. Завтра — послезавтра, я слегка оттаю, и повторим подробный вариант.

— Устал? — Девушка участливо посмотрела на Владимира.

— Устал? Нет наверное. Задолбался как последняя собака, вот это вернее. И даже не физически. Как-то внутренне. — Столько всего случилось… — Он вздохнул. — Генералы же вполне справляются?

— Ещё как. — Елена улыбнулась. — Да и все справляются. Как-то неправильно плохо работать, когда твой начальник геройствует, а ты вроде как в тылу. Наши генералы — адмиралы, уже вполне сошлись с финдиректором, и прочими руководителями направлений, и вполне контролируют ситуацию.

— Ну и отлично. — Владимир посмотрел на пролетающий за окном унылый пейзаж. — Тогда я объявляю неделю отдыха. Ни с кем не соединять, беспокоить только если что-то совсем горящее.

К немалому удивлению Соколова, его действительно никто не беспокоил в течение этой недели. Он отсыпался, много тренировался, и разбирался с подарком Аниры.

Сначала ничего не получалось. Плетения узоров в браслете мало что не поддавались расшифровке, так ещё их наворотили друг на друга так. что в глазах рябило. Плюс внешний источник питания, никак не зависевший от фона, и собственной энергии организма. Прорыв случился, когда он в голове рассчитывал узор, позволяющий создать динамический щит, способный перемещаться в пространстве. В какой-то момент, в паре метров от него, возник светящийся алый прямоугольник, двигавшийся вместе с рукой. И с этого момента, щит возникал, как только Владимир делал мысленное усилие, словно создавал его в воздухе. Щит не пропускал ничего, превращая даже быстро летящие снаряды в облако праха.

Пройдя ещё раз по всей цепочке возникновения щита, Соколов точно так же создал огненный меч, и просто палку из огня. Хотел копьё, но вышла лишь палка, метра полтора длиной. Масса в них почти не ощущалась, но в руке и то и другое лежало словно реальный предмет. Ну а резал меч, просто всё что попадалось на пути, правда сразу теряя в яркости, когда резалось что-то совсем тяжёлое, например, толстый слой металла. Шест не резал, но протыкал всё что можно на всю длину, что тоже иногда было полезным.

Ничего кроме этого создать не получилось, но и так. подарок Аниры, был царским. Иметь такое оружие, не зависящее, от внутренней энергии, и работающее совсем по другим принципам чем энергетические узоры, поистине бесценно. Только Владимир переместил браслет повыше на руку, чтобы тот скрывался под одеждой.

Отдых скрашивала Елена, и какие-то её дальние родственницы, отличавшиеся подтянутыми спортивными фигурами, и совершенно запредельным энтузиазмом в постели, что полностью устраивало Владимира.

А утром восьмого дня, сразу после завтрака, телефон буквально взорвался чередой звонков, и всем он требовался прям вот сейчас, а лучше ещё вчера.

Пришлось принимать вид, и ехать в центр, в новую контору «Гипербореи», где в течение трёх часов «торговать лицом», принимая толпу странных просителей, и посетителей.