К счастью с большинством справлялся секретариат, но все вопросы они решить не могли и часть всё же прорывалась сквозь фалангу секретарей, и минные поля инструкций, на все случаи жизни, написанные генералами.

Так пришлось лично принять статского генерала Виктора Целариуса, представлявшего Управление школьных и дошкольных учебных учреждений империи. Он от души поблагодарил Владимира за решение вопроса с продуктовым снабжением школ и интернатов, хотя фамилия Соколова никак не мелькала в документах. Ну что с того, что крупнейшие промышленники и заводчики Сибирского и Уральского округов, внезапно решили взять на полное обеспечение продуктами сотни школ, детских садов и интернатов, высвободив гигантские суммы на повышение оклада учителям, и улучшение учебной базы? А это в свою очередь практически по волшебству решило сотни проблем учебных заведений. Но пытливому разуму и умеющему задавать правильные вопросы, правда открылась мгновенно, и руководство Имперскими структурами просвещения, теперь точно знало, что, откуда и почему.

От всего сердца, поблагодарив Владимира за своевременную и глобальную помощь, действительный статский советник, заверил что в кругах чиновников от образования добро помнят, и что при случае, окажут ему в делах самую деятельную помощь.

Сразу после Целариуса пришёл Дмитрий Скворцов — глава Дирекции Московского Спорткомитета, с проектом всероссийских гонок, для чего он предлагал построить три трассы. Одну в Европейской части страны, одну на Урале, и одну в Восточной Сибири, чтобы та захватывала и дальневосточный регион. Проект включал в себя гонки начиная от низших возрастных категорий, до взрослых, и от двигателей в пятьдесят кубов, до машин без ограничения в мощности.

— А от меня-то вы что хотите? — Удивился Владимир глядя на красочные проспекты и проекты гоночных трасс.

— А как же! Вы ведь чемпион Москвы! — Воскликнул Скворцов. — Только ваше участие в финале, поднимет уровень мероприятия до самого верха! Сотни гонщиков мечтают сразиться с вами на трассе, и всех нас очень огорчил ваш отказ участвовать в гонках.

— Я подумаю. — Владимир улыбнулся, — Всё будет зависеть от массы причин. Например, насколько у меня будет свободное время.

— О! Не беспокойтесь. Пока трассы построят, пока пройдут отборочные… На пару лет можете рассчитывать смело.

— Ну, за пару лет, всё что угодно может произойти.

— Это да. — Скворцов кивнул соглашаясь. — Но вот ночная лига…

— Что ночная лига? — Удивился Соколов. — Эти придурки ещё живы?

— О! Всё не настолько плохо, Владимир Алексеевич. Они прекратили гонки по городу, и теперь соревнуются исключительно на безлюдных площадках, либо на старом аэродроме Московского Округа, который они выкупили. Или, если это водная секция, на Московском водохранилище. На аэродроме, они удлинили взлётную полосу, и теперь там вполне приличная трасса длиной в десять километров. Кроме того, все повороты оборудованы мягкими препятствиями из старых покрышек, и барьеров заполненных водой, так что даже те, кто вылетает с трассы, вполне безопасно останавливаются.

— У них сменилось руководство? — Удивился Владимир, знавший представителей «Ночной гоночной лиги» как полных идиотов, сотрясающих городскую ночь рёвом дырявых глушителей.

— Можно и так сказать. — Скворцов кивнул. — Николай Субботин, внезапно отказался от всех гонок, и уехал в деревню заниматься сельским хозяйством. Говорят, что на его решение повлияла последняя авария, где он чуть было не потерял ноги. Но теперь «Ночники» под патронатом самого великого князя Александра, а он строгий поборник безопасности.