Пес зевнул, потянулся, вытянув передние лапы, потом встряхнулся.

— Вы знаете, что происходит там, наверху? — Призрак поднял поблескивающие глаза к сводам пещеры.

— Могу догадаться, — пробормотал Эпло, явно не желая обсуждать этот вопрос.

— Живым вы не доберетесь до своего корабля. Вы станете таким же, как Клейтус и Джера — душами, заключенными в мертвых телах, ненавидящими то подобие жизни, которое привязывает их к миру, страшащимися смерти, которая освободит их.

— Кто не рискует, тот не выигрывает, — возразил Эпло, но его ладони мгновенно взмокли при мысли о том, что принц может быть прав. Он ощутил озноб, хотя воздух в туннеле был теплым, почти жарким.

«Ладно, я боюсь! Мы уважаем страх, мы не стыдимся его — так учили нас старшие в Лабиринте. Кролик, спасающийся от лисицы бегством, не стыдится страха, не стыдится страха лисица, бегущая от льва. Прислушивайся к своему страху, борись с ним, пойми его, совладай с ним…»

Эпло развернулся и, сделав несколько шагов, оказался лицом к лицу с призраком принца. Он мог видеть стену за его спиной, смотрел сквозь него — и по выражению пристальных глаз призрака понял, что тот точно так же видит сквозь него.

— Расскажи мне Пророчество.

— Мои слова, — проговорил принц, — для мертвых. Эпло резко развернулся — и упал, споткнувшись о пса, который, как оказалось, неотступно и бесшумно следовал за ним. Он умудрился отдавить псу правую переднюю лапу. Зверь взвыл от боли, отпрыгнул, поджав хвост и недоумевая, что он сделал не так. Альфред вздрогнул, просыпаясь:

— Что?.. Где?..

Эпло коротко выругался и протянул руку к псу:

— Прости, малыш. Иди сюда. Я не хотел. Пес принял извинения, подошел и позволил хозяину почесать его за ушами, показывая, что не держит на него зла.

Увидев Эпло, Альфред вздохнул с облегчением и вытер лоб.

— Тебе лучше? — с искренним волнением спросил он. Вопрос донельзя разозлил Эпло. Подумать только, сартана беспокоит мое здоровье! Он коротко и горько рассмеялся и, отвернувшись, продолжил поиски воды. Альфред вздохнул и покачал лысой головой. Ему было явно не по себе. Мгновение он смотрел на Эпло, потом понял, что тот ищет.

— Вода… это хорошая мысль. У меня в горле пересохло. Я едва могу говорить…

— Тогда молчи! — Эпло в четвертый раз обошел туннель, так ничего и не найдя. Пес следовал за ним по пятам. — Ничего здесь нет. Но у поверхности обязательно должна быть вода. Нам лучше отправиться в путь.

Он подошел к герцогу и легонько пнул его:

— Просыпайтесь, Ваша Милость.

— О небо! Я совсем забыл, — Альфред покраснел. — Он во власти чар. Он умирал. То есть… он не умирал, Конечно, но думал, что умирает, а сила самовнушения…

— Да. Я прекрасно знаю, что такое самовнушение! А ты со своими заклятиями лучше бы разбудил его — нам надо выбраться отсюда. И никаких путеводных рун — ты понял, сартан? — Эпло угрожающе поднял палец. — Один Лабиринт знает, куда они еще могут нас завести! На этот раз вы пойдете за мной. И поторопитесь или я уйду один.

Но этого он не сделал. Он остался ждать. Он ждал, пока Альфред будил герцога, ждал, пока злосчастный Джонатан приходил в себя.

Эпло ждал, трепеща от нетерпения; жажда мучила его нестерпимо, но он ждал.

Когда он спросил себя, почему изменил решение и не ушел один, то ответил себе, что в компании путешествовать лучше.

Глава 41. КАТАКОМБЫ, АБАРРАХ

Туннель шел все вверх и вверх — все дальше и дальше от Чертога Проклятых, к берегам лавового озера, озарявшего красными бликами вечный мрак пещеры.