Мартин уже пришпорил было лошадь, но капитан Кук остановил его:

– Минуту, сынок, давай-ка лучше оформим это как официальный приказ. Он вырвал листок из блокнота и поспешно нацарапал:

Бентин – живо сюда – крупный лагерь – в темпе – берите с собой ящики.

Он не счел нужным добавить с патронами.

Перед тем как разделиться, Кастер приказал лейтенанту Смиту:

– Лишь только услышите сигнал отбоя, сразу отступайте и двигайтесь к гребню.

Как Кастер и рассчитывал, индейцы хлынули на северный конец лагеря, собираясь отбить атаку основных, по их предположению, сил противника. Миновав брод и два оврага, они попали под сокрушительный огонь кавалеристов.

Не дав индейцам ни малейшего шанса, Седьмой отбросил их назад к броду. Бой продолжался пятнадцать минут. Достаточно, подумал Кастер, чтобы Рино удалось организовать правильный отход и перегруппировать силы. Операция «Западня» была завершена.

– Отбой, – скомандовал Кастер трубачу.

Услышав сквозь шум боя звук трубы и увидев, что бледнолицые скачут назад к высохшему руслу реки и далее на север, индейцы совершенно растерялись. Похоже, с ними сыграли шутку. Они задумчиво наблюдали, как силы Кастера галопом направляются к гребню холма, где предстояло занять позиции всему полку.

Все получилось так, как и рассчитал Кастер. Услышав частые выстрелы на северном направлении, индейцы, атаковавшие Рино, прекратили наступление и бросились туда, где, судя по всему, завязался основной бой. Остатки первой, пятой и восьмой рот поспешно отошли на восток, поднялись на гребень холма и принялись зализывать раны.

Вскоре появился со своими тремя ротами капитан Бентин. Быстро оценив обстановку, он спросил Рино:

– Чего ждем, майор? Спускаемся, надо поскорее соединиться с главными силами полка.

Вид у майора Рино был угрюмый и подавленный. Красивое лицо хранило следы только что окончившегося боя – пороховая пыль, въевшаяся в щеки, на лбу разводы грязи.

– Я и с места не тронусь, пока не подвезут патроны. Моим людям скоро нечем будет стрелять.

Тут Бентина словно обухом по голове ударило. Он вытащил из кармана записку, посланную ему от имени Кастера, и перечитал ее.

Живо… Берите с собой ящики.

Все неожиданно стало ясно.

– Стало быть, он не весь обоз имел в виду, а только ящики с патронами. А ведь Бог видит, как Макдугал надрывается, лишь бы быстрее подогнать всю кухню. – Капитан круто повернулся к лейтенанту Хейру: – Найдите двух самых резвых лошадей и назад, к Макдугалу. Живо! Грузите на них ящики с патронами – и сюда. Одна нога здесь, другая там!

– А вы, – повернулся Бентин к капитану Уэйру, – вперед, и скажите Кастеру, что мы подойдем, как только доставят патроны.

Но слишком много времени было упущено. И слишком много злых шуток сыграла судьба с такими, казалось, безупречными планами Джорджа А. Кастера.

Когда капитан Уэйр добрался до места, откуда хорошо просматривались обе тропы Мэдисин, все пространство между ними, как и длинный гребень холмов, тянувшихся на три мили на север, кишело индейцами. Кастер и его люди оказались в ловушке.

Ему ничего не оставалось, как с тяжелым сердцем повернуть коня и вернуться к Бентину и Рино.

– Остается надеяться только на Гиббона или Крука, – сказал он.

– Ничего, – заметил Бентин, – рано сдаваться. Наш старик и не из таких переделок выходил.

И это были не просто слова. Гребень холма, где оказался заперт Кастер, был практически недосягаем для противника, которому явно недоставало огневой мощи.