А вот у пятой дела обстояли худо. Зажатая между плотными рядами индейской кавалерии справа и непрекращающимся огнем из оврага слева, рота буквально распалась на мелкие группы, которые противник окружал и уничтожал. А тех, кому удалось прорваться через овраг, добивали воины вождя Желчный Пузырь.

Брайен метался по полю сражения, безуспешно пытаясь организовать хоть что-нибудь, напоминающее правильную оборону. Он удачно увернулся от летящей в него стрелы и выстрелил в лучника, попав ему прямо в сердце.

На Брайена навалились еще трое индейцев, двое были вооружены копьями, один – мушкетом. Последний промахнулся с близкого расстояния, и Брайен хладнокровно влепил ему пулю между глаз. Едва он успел расправиться со вторым, как на него набросился, выставив вперед копье, третий. Брайен резко дернулся в седле – и вовремя, иначе заостренный наконечник угодил бы ему прямо в живот. Впрочем, острие и так вонзилось в бедро, оставив страшную отметину. Но другой возможности Брайен врагу не дал, свалив его очередным выстрелом.

В конце концов Брайену удалось, сбив воедино остатки двух рот, осуществить маневр, который так и не удался лейтенанту Смиту. По Скользкой Траве он вывел людей из зоны, поражаемой индейскими мушкетами и стрелами, и развернул для конной атаки.

– Только на этот раз мы через центр ломиться не будем. По моему сигналу рассыпьтесь и охватывайте их с обоих флангов. Там у них пеший строй, и это их самое слабое место.

Конники вытянулись в непрерывную линию, прямую, как стрела. Постепенно увеличивая скорость, они перешли на галоп и ринулись вниз, поливая индейцев смертоносным свинцом. Индейским всадникам с трудом удавалось удерживать взбесившихся лошадей. Люди падали на землю, и лошади, почуяв свободу, разбегались, топча копытами раненых и убитых.

План начал срабатывать!

Брайен вытащил из ножен саблю – знак того, что надо забирать направо. Этот маневр застал противника совершенно врасплох. Конники врезались в тесный пеший строй, сметая на своем пути все живое.

Брайен промчался сквозь строй индейцев, как карающий демон. Стрелы свистели над его головой. Одним ударом он сбросил на землю троих, четвертому снес голову, и та, как мяч, откатилась в сторону, ударившись по дороге о копыта его коня.

Они прорвались и понеслись дальше, по склону холма, яростно преследуемые индейцами. Но погоня захлебнулась, когда противник попал под огонь с вершины холма, откуда по индейцам стреляли сразу из двух положений: передние с колена, задние стоя.

Офицеры окружили Брайена, наперебой поздравляя его.

– Фантастика! В жизни ничего подобного не видел, – сказал адъютант Кук.

– Нет слов, – эхом откликнулся Том Кастер.

Полковник же лишь пробормотал что-то маловразумительное и быстро перешел к другим делам:

– Ну что, удалось обнаружить там, за другим холмом, какие-нибудь следы подхода Бентина или Рино?

– Ни малейших, Джордж. Там только индейские старики, женщины и дети. – Брайен немного помолчал. – Они готовятся к празднеству. К празднеству в честь победы.

– Слишком торопятся, – иронически скривился Кастер. – Мы еще побьем их.

Брайен посмотрел на несметные полчища индейцев внизу, в долине, и не сказал ни слова.

– Эй, смотрите, там! – закричал капитан Йейтс, указывая в сторону одного из холмов ниже по течению реки.

Это было то же место, где они раньше заметили, как казалось, отколовшиеся части Седьмого. Там снова возникло какое-то движение.

– Это, вероятнее всего, Макдугал с обозом! – воскликнул Кастер.