Вода была довольно холодна, но так приятна! Вдыхая тонкий аромат египетского мыла, царица стала омываться, сбросив тонкую сорочку. О, она сама могла варить такие чудные мыла, даже и получше!

Глядя зачарованным взглядом на бегущую воду, она медленно вытирала полотенцем руки, плечи, бёдра. Когда-то за ней ухаживали десятка два служанок, ублажая свою повелительницу тонкими маслами, воскуряя ароматы, стеля по полу ковры из лепестков. Всё это ничто против этого тихого утра. Жизнь во дворце казалась ей далёким, бледным сном, чем-то вроде существования куколки, пока из кокона не выбралась на белый свет прекрасная бабочка.

Стоя на плаще, Маргит медленно натянула свободный хитон, надушенный благовониями. Это был любимый ею аромат ирисовых корней и орхидей. Затем принялась расчёсывать щёткой свои чёрные волосы, ещё влажные после купания. Заколок она с собой не прихватила, поэтому пришлось идти обратно с распущенными кудрями.

«Царь очарован твоими кудрями» — вспомнилось ей из Песни Песней. О, это лишь бледное отражение силы подлинного чувства!

Туфли были слишком несерьёзны для утреннего выхода — это просто два лилейных лепестка, в которых только и ходить по коврам. Они промокли и потемнели. К тому же были холодны — она замёрзла после купания в ручье.

Маргит нагнулась, чтобы поднять с травы плащ и в этот миг услышала резкое хлопанье крыльев. Мелькнула белая тень, и прямо перед ней опустился на траву ангел.

Он несколько утратил своё сияние, но не стал более похож на человека — слишком был он совершенным.

Ангел стоял прямо перед ней, преграждая ей путь обратно. Крылья бледно просвечивали за его спиной, то проявляясь, то исчезая, словно хрусталь в воде — как будто выныривали и пропадали в ином, нереальном измерении. Но сам ангел был более чем реален. И очень зол.

Он стоял и молча смотрел на неё своими золотыми глазами, в которых плавилась ненависть.

— Чего ты хочешь? — наконец, проронила слово Маргит. — Убить меня?

— Было б хорошо. — ответил ей жестокий вестник небес.

— Моё оружие всегда при мне. — напомнила ему царица.

— Зачем ты пошла с ним? — спросил ангел. — Разве я не предупреждал?

Она каждое мгновение ждала атаки и потому вся собралась от напряжения. Вопрос застал её врасплох. Это было довольно странно: он пугал её, но не нападал. И тут вдруг Маргит догадалась: он не смеет! Поэтому у него и меча нет с собой! Она встретилась с царём, и ангел ничего не смог поделать!

— Лилит — это твоя попытка остановить меня?! — догадалась она.

Ангел переменился в лице и внезапно отступил — царица поняла, что попала прямо в точку!

— Ты вступил в союз с демоницей, чтобы убить меня! — дошло до Маргит и более невероятное предположение.

— Я должен был не допустить вашей встречи. — сказал он.

— Почему?!!!

Вместо ответа он вдруг горячо воскликнул:

— Оставь его! Слышишь? Уходи, улетай! Лети в свою Сабею, будь царицей, правь хоть сотню лет, хоть тысячу — я всё дам тебе! Только оставь его!

— Я не могу. — со внезапной злостью ответила царица. — Я не знаю, почему ты требуешь этого.

Ангел в нетерпении покачал головой, словно хотел что-то сказать, но не смог.

Царица Савская подобрала с травы полотенца, накинула плащ на плечо, взяла шкатулку и подошла вплотную к ангелу. От его тела шёл не жар, а холод, словно он только что спустился из-за облачных высей. А, может, прямо из ледяной тьмы космоса. Лжёт он, что не знает про устройство мироздания. Ангел лжёт.

— Я собираюсь уходить. — жёстко сказала Маргит, нисколько не сомневаясь, что он уступит ей.