Верити взяла его за руки и улыбнулась, вложив в эту улыбку всю свою любовь.

— Так, значит, ты наконец-то сделаешь меня своей законной супругой? Он ухмыльнулся:

— Конечно, черт возьми! Как только мы купим кольца и получим разрешение на брак.

— А платье? — напомнила Верити. — Не забудь про платье!

Он взглянул на ее округлившийся живот. Джинсы на поясе уже не застегивались.

— Я же говорил, что нам следует поторопиться!

— Эй! — послышался из глубины коридора громовый голос Эмерсона. — Как вы там? Разобрались? Черт, холодновато здесь. Для беременной леди не очень-то подходящая погодка.

Верити невольно застонала, услышав раскатистый бас своего папаши, и уткнулась носом в куртку Джонаса.

— И что он так раскричался? Хочет, чтобы об этом узнала вся округа? Это же неприлично в конце концов.

Джонас усмехнулся:

— Будто ты его не знаешь. — Он взглянул на своего будущего тестя сквозь рыжие кудряшки Верити. — Не волнуйся, Эмерсон. Тебе не придется угрожать мне пистолетом, чтобы я женился на твоей дочери.

— Рад слышать. Похоже, вы немного запутались, и я всего лишь подтолкнул вас к тому, чтобы устранить всяческие недоразумения.

— Перестань, Эмерсон. Никто не поверит, что в этом есть твоя заслуга. Мы с Верити сами во всем разобрались. Иди и пропусти еще стаканчик. Ты устал с дороги.

— А вы куда? — поинтересовался Эмерсон.

— Домой. — Джонас взял Верити за руку и повел ее по тропинке, вьющейся между деревьями, к маленькому коттеджику.

Эмерсон, ухмыляясь, смотрел им вслед. Затем повернулся и направился в бар.

— Клемент, старина, — позвал он бармена. — Он сделал ей официальное предложение. А моя дочь согласна выйти за него замуж. Вытаскивай свою лучшую водку! Желательно русскую.

— Какая разница? — усмехнувшись, возразил Клемент. — Водка она и есть водка.

— Только свиньи в этом не разбираются. — Эмерсон снова уселся на вертящийся стул перед стойкой бара. — Зови сюда Гризвальдов да, пожалуй, и всех стальных. Я угощаю!

— Если Джонас когда-нибудь узнает, что ты побился об заклад насчет его сегодняшней помолвки с Верити, он с тебя три шкуры сдерет, Эймс.

Эмерсона явно оскорбило такое заявление.

— Это же просто игра «Угадай-ка», вот и все.

— Похоже, теперь мы будем играть в «Угадай день, когда на свет появится мой внук», — сказал Рик Гризвальд, появляясь в дверях.

Эмерсон широко ухмыльнулся:

— Неплохая идея. И как я сам до этого не додумался?

— Джонас!

— Что, любовь моя? — Джонас захватил губами сосок Верити и легонько укусил. Он почувствовал, как по телу ее пробежала дрожь. Сегодня ночью, занимаясь с ней любовью, он наверстал упущенное. Какая это была бесконечно длинная неделя! Они, конечно, довольно часто были близки и на этой неделе, но он никак не мог расслабиться и получить удовольствие.

Всю эту неделю он пребывал в отчаянии. Он считал, что сможет заставить Верити остаться с ним, лишь упрочив сексуальные узы между ними. А сегодня ночью ему хотелось в полной мере насладиться сознанием того, что он занимается любовью со своей будущей женой, не думая о том, что она может указать ему на дверь.

— Надо было сразу все выяснить, как только это произошло.