— Ах вот как? И какой же в таком случае у меня тип мышления? — подхватила Верити, изобразив нарочито сладенькую улыбочку.

— Женский.

— Так, Джонас, я уже предупреждала, что настанет день…

— Пустые угрозы.

— Посмотрим, — спокойно возразила Верити. — Ты еще пожалеешь! Настанет день, когда ты будешь умолять меня о пощаде. А теперь расскажи о том выбросе энергии, который чуть не поглотил тебя, когда ты дотронулся до тайника. Мне кое-что почудилось — по-моему, там кто-то погиб.

Джонас нахмурился и кивнул.

— Да, но у меня сложилось впечатление, что трагедия произошла много лет назад. Похоже, с тех пор прошло уже более двух столетий, никак не меньше.

— Наверное, здесь и прежде бывали охотники за сокровищами. Они появлялись в надежде найти золото, бриллианты — в общем, то, что было спрятано в недрах этого чудовищного нагромождения камней. — Верити сосредоточенно наморщила лоб. — Знаешь, Джонас, по-моему, я допустила большую ошибку, обговаривая с Уорвиками сумму твоего гонорара. Мои расчеты оказались очень приблизительными — я ведь не предполагала, что на вилле действительно может быть тайник с кладом. А что, если ты его найдешь? Надо было обязательно «выбить» тебе процент от общей стоимости клада в дополнение к гонорару за работу консультанта.

Джонас усмехнулся, вглядываясь в ее озабоченное личико:

— Ох уж эти тревоги и стрессы большого бизнеса! Хорошо, что на мою долю выпала только работа. — Он резко поднялся, откинув простыни. — Я хочу узнать, что случилось с кристаллом, — сказал он, натягивая джинсы. Подойдя к стене, на которой висел гобелен, он добавил:

— Хейзелхерст упоминает в своем дневнике, что считает его ключом к отысканию сокровищ. — Джонас протянул руку и слегка коснулся ветхой ткани, затем потрогал каменную стену под ней.

Верити почувствовала легкие вибрации. Вскочив с постели, она поспешно накинула на себя халат.

— Ну хорошо, господин ученый-историк, что вы скажете об этой стене?

— Пока ничего. Что бы это ни было, вряд ли здесь есть ловушка, которая может завлечь нас во временной коридор. Но что-то за всем этим кроется. Давай посмотрим за гобеленом. — Джонас осторожно приподнял потертую ткань И стал осматривать каменную кладку. — Ты со мной?

— Да, я здесь. — Верити встала с ним рядом.

— Пока улавливаю только слабые вибрации, но я легко с ними справлюсь в случае необходимости. Верити кивнула и закусила губу. Лоб ее вмиг покрылся испариной.

Джонас прижал руку к стене и медленно, не отрывая ладони, провел по каменной поверхности.

— Опасайся ловушек, — негромко предупредила его Верити.

— Если они есть, мы их почувствуем прежде, чем они сработают.

— Да, но это только в том случае, если в них до нас уже попался незадачливый охотник, — заметила Верити. Дар Джонаса был связан с убийствами и злодеяниями прошлого. Если ловушка когда-то сработала, погубив свою жертву, Джонас непременно получил бы сигнал. Но если он первопроходец, то у этого места нет трагической истории, которая предупредила бы Джонаса о грозящей ему опасности.

— Я испытываю смутную тревогу, это похоже на предупреждение. Так было и в тот раз, когда я открыл тайник. Очень странно, Верити. Похоже, кто-то умудрился наложить мысленные предостережения на свои секреты, а не просто расставил ловушки со стилетами.

Джонас продолжал ощупывать камни. Когда он коснулся трещины в извести, скрепляющей кладку, послышался отдаленный глухой стук, словно в движение пришел древний механизм, скрытый за стеной.