Секари обработал руку раненого бальзамом доктора Гуа и произнес заклинания.

– Исторгни свой яд, боги его примут. Если он жжет, то глаз Сета будет ослеплен. Уползи, исчезни, уйди в небытие!

– Есть ли у меня шанс выжить?

– Если ты станешь задыхаться, то я сделаю тебе надрез на уровне горла.

Северный Ветер и Кровавый стояли рядом с хозяином и нежно лизали ему лицо, покрытое холодным потом.

– Это не обычный скорпион, – догадался Секари. – Это шестое чудовище, которому поручено охранять это сокровище.

Икер уже чувствовал, что задыхается.

– Ты скажешь… Исиде…

И вдруг из поднебесья спустился к ним стервятник в белом оперении. Его оранжевый клюв оканчивался черным пятном. Божественная птица! Он схватил клювом кремень и со всей силы ударил по вершине яйца. Яйцо раскололось на тысячу осколков, и внутри Секари увидел золотые слитки. Вслед за этим огромная птица улетела.

– Это воплощение богини Мут, чье имя означает и «смерть», и «мать». Ты выживешь, Икер!

Секари приложил один слиток к ране.

Немного погодя дыхание писца стало нормальным, а испарина исчезла.

– Это – целительное золото!

Под охраной сотни солдат бригада рудокопов снова начнет разработку копей. После извлечения, мытья, взвешивания и отливания слитков, золото будет отправлено специальным отрядом на Абидос. Наблюдать за посылкой станут верховные начальники…

Икер и Секари были встречены как герои. Им казалось, что их находка станет решающей. Но слова фараона вернули их к суровой реальности.

– Вы одержали славную победу. Но все же война продолжается. Это золото необходимо, но его недостаточно. То, что должно его дополнить, кроется в сердце Нубии, в заброшенном городке, следы которого отыскала Исида. Мне бы тоже хотелось вернуться в Египет, но опасность все еще велика. Не позволим Провозвестнику взбунтовать против нас нубийские племена. И если мы не утихомирим львицу-убийцу, то ни один подъем Нила не будет спокойным. Вместо живительной влаги потечет кровь…

Флотилия снова двинулась на юг.

– Пойду посмотрю, – решительно сказал Секари.

Помогать ему вызвались с десяток лучников.

Разведка была короткой.

– Ни одной живой души, Великий Царь. Везде следы высохшей крови и остатки костей. И здесь побывала львица-убийца…

– Она не нападает на нас впрямую, – заметил Сехотеп. – Она заманивает нас на юг! Мне кажется, что, позволяя ей вести эту игру, мы слишком рискуем.

– Мы будем продолжать, – объявил фараон. – Моя стратегическая цель – Бухен.

Бухен являлся самой дальней опорой Египта в Нубии. Он был ключом ко вторым порогам, мешавшим нубийцам броситься на завоевание Египта. Но из Бухена уже давным-давно не было никаких известий…

Со страхом приближалась команда флагманского корабля к крепости, в которой находился административный центр этой далекой области.

Несмотря на то, что крепости был нанесен определенный ущерб, высокие стены еще были крепкими.

На самой вершине главной башни какой-то солдат размахивал руками.

– Это может быть западней, – усомнился Секари.

– Высадимся усиленным десантом, – отрезал Несмонту. – Если главные ворота не откроются, мы их разнесем.

Ворота открылись.

Примерно тридцать измученных пехотинцев бросились на шею вновь прибывшим. Они наперебой рассказывали о жестоких нубийцах, о смертельных приступах и львице-убийце. Бухен мог сдаться в любую минуту…

– Пусть доктор Гуа займется этими храбрецами, – приказал генерал. – А мы организуем оборону.

Быстро и дисциплинированно развернулась армия.