– Дочь неба, земли и звезд! Отныне ты – сестра Осириса. Ты будешь представлять его во время ритуалов. Жрица, ты будешь оживлять и воскрешать символы, чтобы сохранить традиции Абидоса. Тебе осталось пройти в одну дверь – дверь Золотого Круга. Желаешь ли этого?

– Я этого желаю.

– Внемли предупреждению, Исида. Твое мужество и твоя воля позволили тебе дойти сюда, но хватит ли их, чтобы победить в опасных испытаниях? Неудач было много, а успехов мало. Не слишком ли большим недостатком является твоя юность?

– Решение за вами.

– Ты действительно отдаешь себе отчет в опасности этого перехода?

Перед Исидой всплыло лицо Икера. Если бы оно не появилось, она, может быть, и отказалась. Ведь ей уже было дано столько драгоценных сокровищ! Но зарождающаяся любовь стала причиной ее решения – она теперь знала, что должна пройти по этому пути до конца.

– Мое желание неизменно.

– Тогда, Исида, тебе предстоит узнать, что такое огненный путь.

44

Высадившись на берег в Элефантине, Медес наконец обрел под ногами твердую почву. Несмотря на головокружение, на то, что он не мог еще нормально питаться, Медес все же почувствовал облегчение. И вдруг – новый приказ фараона: немедленное отплытие на Абидос.

Опять трап, корабль и эта чудовищная качка, от которой он чуть было не отдал богам душу! И это притом, что, несмотря на свое недомогание, Секретарь Дома Царя продолжал ревностно исполнять свои обязанности. Почта шла непрерывным потоком, и даже самые маленькие деревни узнали о покорении и усмирении Нубии. В глазах своего народа Сесострис возвысился еще больше. Его стали почитать живым богом.

Доктор Гуа долго выслушивал и выстукивал своего пациента.

– Мое предположение подтверждается: ваша печень в плачевном состоянии! Ближайшие две недели вам придется принимать настойку на основе экстракта листьев лотоса, порошка дерева жожоба, фигового дерева, молока, ягод можжевельника и слабого пива. Это, конечно, не волшебное снадобье, но вам станет легче. И, кроме того, диета. А если приступы возобновятся, снова настойка.

– Как только приплывем в Мемфис, я почувствую себя прекрасно. Для меня это плавание – настоящая пытка.

– Я строго-настрого запрещаю вам есть жирное. Нельзя также употреблять блюда на масле и пить крепкие напитки.

Несмотря на то что доктор Гуа спешил к страдавшему от лихорадки матросу, он не мог не удивиться. Любой хороший врач знал, что печень определяет характер человека. Разве Маат не помещалась в печени Ра, выражении божественного света? Поклоняясь Маат, фараон делал этот свет постоянным, а настроение Ра доброжелательным.

А вот печень Медеса страдала от особых болезней, не соответствовавших тому облику, который он хотел себе предать, – человека открытого и жизнерадостного. С такой печенью, как у него, Маат выглядела сведенной к минимуму! Возможно, дальше заниматься диагностикой не следовало бы…

Гуа подошел к Царскому Сыну.

– Как твоя рана?

– Я почти совсем поправился. И все благодаря тебе.

– Благодари также и свою добрую натуру! Но не забудь, что тебе нужно есть как можно больше свежих овощей.

Икер отправился к Великому Царю, который находился на носу флагманского корабля и внимательно следил за Нилом.

– Чтобы победить изефет и облегчить наступление царства света, – сказал фараон, – создатель создал четыре творения. Сначала он создал четыре ветра, чтобы каждое существо могло дышать. Второе его творение – это великий поток, мастерство, которое могут постичь взрослые и дети, если имеют доступ к знанию. Третье – это человек, каждый по его образу и подобию. Но, добровольно совершая зло, люди извратили небесное предначертание.