— Да, — вздохнул он, — маловато.

Она опять поцеловала Гарри, и руки ее пробежали по его спине, ягодицам и бедрам.

— Где твоя комната?

— Здесь, рядом.

— Она запирается?

— Да.

Марта ухватилась за пряжку ремня Гарри, потянула его вслед за собой в комнату и закрыла дверь. Гарри задвинул щеколду, а Марта уже расстегнула его ремень и молнию на ширинке. Гарри показалось, что он взорвется, когда она нежно поцеловала его в живот чуть повыше волос лобка. Не зная, что делать со своими руками, юноша рывком стащил через голову Марты ее блузку, заметив, как призывно качнулись в бюстгальтере ее маленькие груди.

Учащенно дыша, Марта резким движением сняла с юноши футболку и тесно прильнула к нему всем телом. Каким-то образом она сбросила с себя бюстгальтер, и ее твердые коричневые соски вдавились в грудь Гарри.

Неуклюжие попытки Гарри совладать с пуговицами ее шорт закончились неудачей, и Марта сама расстегнула их. Несколько мгновений оба стояли, заключив друг друга в объятия и не двигаясь, обнаженные, если не считать обуви, носков и шорт, сползших к лодыжкам. Гарри взглянул на свою кровать и увидел, что та, как обычно, завалена книгами, бумагами, дискетами и инфокубиками. Гарри взялся за угол покрывала и дернул его так, что все лежавшее на кровати посыпалось на пол. Впрочем, ему не следовало делать этого; до кровати они с Мартой так и не добрались.

Она опустилась на шерстяной коврик, увлекая юношу за собой, потом сбросила тапочки и высвободила ноги из шорт. Откинувшись на спину, Марта тихо произнесла:

— Иди ко мне, — и погладила бедро Гарри, стоявшего подле нее на коленях.

— Иду, — чуть слышно шепнул Гарри и осторожно лег на нее, опасаясь, что Марте будет неудобно, если он навалится на нее всем своим весом.

— Я тебя не раздавлю?

— Дави меня, — разрешила она. — Я не такая хрупкая, как тебе кажется.

Он поцеловал ее, и она кончиком своего маленького языка провела по краям его губ и коснулась рукой его возбужденной плоти. Юноша весь затрепетал и, издав негромкий стон, принялся покрывать страстными поцелуями лицо Марты, одновременно с этим лаская руками холмики грудей с еще больше затвердевшими коричневыми сосками.

— Можно войти? — спросил он, задыхаясь.

— Входите, — выдохнула она. — Входите, молодой человек. Вот сюда, пожалуйста.

Марта широко раздвинула ноги и, взяв правой рукой орудие любви Гарри, медленно ввела его в свое влажное лоно, жаждущее проникновения мужского естества.

Несколько секунд они лежали неподвижно, затаив дыхание и прислушиваясь к стуку бьющихся почти в унисон сердец. Гарри боялся пошевелиться, чувствуя себя на грани оргазма, до которого довела его Марта своими прикосновениями и поцелуями. Ему не хотелось разочаровывать изнывающее от неутоленной страсти тело под ним, как бы пульсирующее от внутреннего жара.

— Все нормально, — успокоила его Марта, словно читая его мысли. — Все в порядке.

Тогда Гарри решился немного выйти из Марты, но лишь затем, чтобы в следующее мгновение погрузиться в нее еще глубже. Марта обхватила его бедра ногами и громко застонала, когда Гарри, чуть приподнявшись, снова вонзился в нее, ощущая, с каким радушием отвечает ее плоть на его повторное вторжение. Не в силах больше контролировать внедряющийся в самые сокровенные глубины женского тела вулкан, Гарри позволил ему извергнуть в его недра огнедышащую лаву любви, вырывающуюся из жерла могучими толчками, которым, казалось, не будет конца. Марта, прикусив нижнюю губу извивалась под ним в неистовой пляске сладострастия до тех пор, пока голова ее не запрокинулась подбородком вверх, а из горла не вырвался слабый крик, предваряющий серию спазмов, сотрясших хрупкое тело, не желающее выпускать из своего крепкого захвата вожделенную добычу.