— А Вера Добрис где?

— За ней следили. Её задержали люди Рейно, когда решили использовать доверенное лицо Дамиана для проникновения в замок. Я провел с помощницей Тарийского около пары часов. Достаточно, чтобы перенять манеру поведения и разговора.

Я улыбнулась. До сих пор не верилось, что всё кончилось. Слишком всё хорошо. Ридерик рядом, Дамиан в Леврии, я в порядке. Осталась только слабость. При одной мысли о том, чтобы встать и куда-то пойти, накатывала тошнота. Но и спать не хотелось. Не было жажды или голода.

— Что случилось со мной?

— Защита врат разрушилась. Чёрное зеркало превратилось в смертельный дождь. Люди уязвимы к осколкам. Ты вдохнула частички, несмотря на снежный буран и мои попытки защитить.

Ридерик помрачнел. Дракон явно винил себя. Мне не понравились его чувства, словно пронизавшие моё сердце. Между нами всё стало острее и тоньше. Странные ощущения лучшего понимания мужчины рядом со мной...

Он винил себя, хотя я сама решила помогать Каменному и отказалась от предложения Ридерика. Ледяной уступил, уважая моё решение. Каких сил ему стоило сдерживаться, не вмешиваясь в борьбу, никто не знал.

— Но я выжила.

— Да, любимая. В нашей сказке Каю пришлось срочно спасать свою Герду, — ласково улыбнулся Рид.

— Ты запомнил? И прочитал?

— Сразу, как только сюда пришёл. Мне не давали покоя твои слова о заколдованном Кае.

— Это было так давно...

В ответ дракон заговорщически подмигнул и наклонился к моим губам. Он целовал меня проникновенно-медленно, нежно, вкладывая в поцелуй заботу, восхищение и любовь. Когда поцелуй закончился, Рид подхватил меня на руки.

— Куда? — спросила, обвив руками шею дракона.

— Ольга приехала. Мне нужно вернуться в Леврию и закончить начатое. Потом я приду за тобой.

Я нахмурилась.

— Ты так говоришь, словно собрался меня куда-то забрать.

Альросский посерьёзнел.

— Это не обсуждается. Не хочу тебя отпускать. Больше никакой самодеятельности, если она покажется мне опасной.

— Но я не хочу жить в других мирах! Рид!

Разумеется, возмутилась на всякий случай. Ридерику не мешало напомнить, что здесь у меня любящая семья. Что касается самодеятельности, разберёмся позже. Сейчас я нуждалась в защите и поддержке любимого и не собиралась ему возражать.

Ридерик молчал всю оставшуюся дорогу. Не ответил на мои возражения, словно не слышал их. Просто крепко прижимал к себе. Так крепко, что я слышала глухое и ровное биение его сердца. Всю дорогу по длинному мрачному коридору замка, по каменной площади внутреннего двора до скопления полицейских машин.

Альросский остановился. Мой взгляд упал на Ольгу. Рейно, казалось, даже не поняла, что появилась я. Сестра что-то тихо рассказывала Ардену, не скрывая заворожённой улыбки. Ольга любовалась колдуном, попав под его сверхъестественный магнетизм.

— Я уже познакомился с твоей сестричкой, Ева, — мягко промурлыкал Водный змей, не поворачивая головы. — Она такая... Чуде-е-есная...

Лидосский посмотрел на нас. В синих глазах явственно горели предвкушение и азарт. Так мужчины реагируют на понравившихся женщин перед тем, как сделать очередной шаг.

— Изумительно я-яркая, сильная, с тонкой ранимой душ-шой. Глубокой душ-шой.

Рейно смотрела сквозь меня и улыбалась, словно витала в облаках или иллюзиях. Мне это не понравилось. Предчувствия — они такие. Не обманешь.

— Арден! Что с Ольгой?

— Что с Ольгой? — невинно улыбнулся дракон и щёлкнул пальцами перед лицом Рейно. — Просыпайся, милая. Как тебе мир?

— Это было...

Во взгляде Ольги появилась осознанность, на лице вдруг отразились эмоции. Восхищение, неверие, даже негодование.

Рейно выдохнула.