От мысли о близящейся борьбе, смертоносном волшебстве и воющих дикарях вокруг, когда он будет всего-навсего с луком в руках, во рту у него пересохло.

— Я могу взглянуть на эту карту? — Ризала осматривала лабиринт изобилующих узловатыми деревьями островов впереди.

Кейда присоединился к ней на корме, и оба стали изучать бумагу.

— Мы должны быть здесь, — он ткнул пальцем в неровный клочок суши.

— Разбуди-ка его лучше. — Ризала с тревогой вгляделась вперед. — Мы вот-вот подойдем к первому.

Кейда принялся трясти Дева за плечо. Колдун пробудился в один миг.

— Мы уже на месте?

— Скоро будем. — Кейда с неуверенностью взглянул на волшебника. — Тебе что-нибудь нужно? Твой белый бренди, жвачный лист?

— Что? — Дев скосил на него глаза. — Нет, конечно, нет. Выпивка и волшебство — опасное сочетание, приятель. Мне стоит быть пьяным, когда предстоит важное чародейство, не больше, чем тебе, когда ты гадаешь по внутренностям.

Кейда обернулся к Ризале:

— Далеко до того мыса?

— Приближаемся.

Она ловко выправила судно. Дев потер ладони, и синий свет, затрещавший меж его пальцев, встревожил Кейду. Колдун упер обе раскрытые ладони в палубу, и лазурные усики поползли прочь, скользнули меж плотно пригнанных досок и пропали.

— Что это? — Спросил Кейда.

— Маленькая шалость, чтобы они увидели не то, что надо. Правильно, девонька, — Дев встал и махнул рукой Ризале. — Держи корабль все время на одном расстоянии от берега.

— А мне что делать? — спросил Кейда.

— Поможешь с парусами, если ей понадобится. — Дев потер ладони и перебрался к поручню, чтобы лучше видеть появляющуюся перед ними бухту. — А в целом — не путайся у меня под ногами.

Кейда увидел знакомое гнетущее зрелище разоренной деревни с грубым загоном-тюрьмой из грубо обработанных бревен, глубоким рвом, чтобы отбить нападение с моря, и темные черточки долбленок пришельцев, разбросанные, как палочки в детской игре выше черты большого прилива. Виднелось также несколько дикарей, бездельничающих между хижинами и береговыми укреплениями.

Вот против чего я ставлю на кон свою жизнь, связавшись с чародеем, чтобы спасти мой народ от такой жуткой участи.

Решимость изгнала мрачные мысли, и Кейда бросил взгляд на Дева. Чародей пристально всматривался в деревню, сложив руки горстью, словно лелеял в них что-то незримое, и еле двигая губами, словно в безмолвной молитве. Кейда собрался с духом, готовый, что сейчас взорвется волшебство — огнем, молнией или безымянным ужасом еще почище тех, которые насылали друг на друга в поединке два колдуна.

Ничего не случилось. Дев по-прежнему пребывал в сосредоточенности, его глаза не мигали, все тело подалось к берегу. Кейда спросил себя — как долго ему ждать, прежде чем можно будет спросить у чародея, что происходит. Тут его вниманием завладело движение на берегу. Дикари бурно высыпали из самых разных хижин и кладовых. Точь-в-точь муравьи, если потревожить муравейник палкой. Одни воинственно застыли перед прибрежной канавой. Над головами щетиной стояли острия копий. Другие бежали к долбленкам. Несколько челноков отплыло, прежде чем некто важный призвал их обратно в деревню.

Тебе не могло быть больше лет, чем Эви. Куда там, скорее, чем Мии. Дэйш Рейк зажал тебя под мышкой, а другой рукой схватил двух твоих братьев. Все выбежали в сад: слуги, рабы, матери и дети. Одну из юных стряпух ударила по голове упавшая с крыши черепица.