Пусть это будет знаком, что я прав, вернувшись биться за свое достояние тем оружием, которое попалось под руку.

Кейда осторожно проверил пальцем лезвие. Тупое, как у грубого ножа, который он украл в хижине во владении Улла. Порывшись в сундуке, он нашел точило и принялся за работу. И уже почти довел кинжал до состояния, которое нехотя одобрил бы Телуйет, когда почувствовал, что «Амигал» меняет направление. Быстро вернувшись на палубу, Кейда увидел, как Дев отбрасывает в сторону одеяло и с предельно сосредоточенным лицом делает шаг к поручню. Как и прежде, Кейда не видел на берегу ничего особенного, пока дикари не поднялись в полнейшем смятении.

Когда судно добралось до следующего острова, все повторилось, равно как и на новом острове, и далее еще на одном.

Ко времени, когда они оставили восьмерых дикарских колдунов посреди их становищ, досада едва не душила Кейду, и он заточил дэйшский кинжал, который решил присвоить, и визелисский клинок, так что оба стали острее любой бритвы. Теперь Кейда наблюдал, как последний остров, мимо которого замышлял пройти Дев, становится все ближе и ближе. Наконец Кейда оказался не в силах больше терпеть. Он подошел к Деву.

— Что ты, собственно, делаешь?

Дев опирался о поручень «Амигала», тяжело дыша. Он не шелохнулся после того, как они сбежали, поставив все вверх тормашками в становище последнего чародея дикарей.

— Теперь самое время хлебнуть белого бренди! — И в его темных глазах блеснул опасный огонек. Кейда без слов принес бутыль. Пробка вышла с пронзительным писком. Дев отпил долгий глоток пахучей жидкости и тряхнул головой в сторону кормы.

— Осмелюсь заметить, девонька захочет это увидеть.

Кейда последовал за ним и встал рядом с Ризалой. Она глядела назад вдоль пенистого хвоста, бегущего по воде. Кейда посмотрел туда же. Не один и не два челнока захватчиков виднелись в отдалении. Они скользили, опережая более крупные средства передвижения, похожие на плоты. И все спешили в одном направлении, желая скорее очутиться возле колдуна в плаще из шкуры дракона.

— Не забывай заодно и вперед поглядывать, — с задиристой ухмылкой предупредил Дев. — Не посади мой корабль на скалы.

— В таком-то широком русле? — откликнулась девушка. — Даже ты мог бы тут править, упившись в доску.

— Я мог бы водить «Амигал» взад-вперед через Зубы Змея мертвецки пьяным. — Еще раз приложившись к бутыли с бренди, Дев ликующе улыбнулся Ризале. Затем лицо его стало спокойным. — А сейчас смотри, что я показывал каждому из их чародеев.

Дев сосредоточился на пространстве между ними тремя, и там начало загораться слабое золотое свечение. Возник диск, перелившийся затем в совершенный образ пляжа. Сияние обрело зеленоватый оттенок, крохотные деревья и кусты поднялись по краю. Появилось становище, крупнее любого, которое они посетили, с тремя загонами для пленных и с громоздящимися горами добычи меж загонов.

Кейда невольно попятился на шаг, а девушка внезапно вцепилась в румпель, и «Амигал» совершил вдруг ощутимый судорожный рывок.

Где люди? Людей нет.

Щелчок пальцев Дева словно ответил на невысказанную мысль Кейды. Появились двое, неправдоподобно большие по сравнению со всем вокруг них, но в силу этого тем более узнаваемые. Один был дикарский волшебник в плаще из драконьей шкуры. Другой — Дев. Кейда угадал, что это он, по лысой голове и надменной походке. Если это и был Дев, то он вырядился куда чудней, чем мог бы себе представить Кейда. Чародей захихикал, когда два человеческих образа гордо встали друг против друга. Ризала и Кейда так и подскочили, когда пламя взорвалось вокруг чародея в драконьей шкуре.