— Хороша… — ласково прошептал Повелитель Холода. — Сильная, горячая… И очень упрямая. Только не забывай, здесь я выбираю правила игры. И в этот раз я их выбрал за всех. Твое счастье, что я хотя бы их соблюдаю. Ты уйдешь отсюда с ярлом или покоришься мне — другого выбора не будет. А чтобы не упиралась…

Он склонился еще чуть ниже, жесткие, нечеловечески сильные руки придержали Йанту всего на несколько мгновений, но этого хватило. Губы Янсрунда обжигали, как кипяток, но не жаром, а стужей. Вечной, беспощадной, равнодушной… Его поцелуй жег, туманил мысли, лишал воли… Но в последний миг, когда волна холода уже готова была поглотить крошечную искру, которой чувствовала себя Йанта, стужа вдруг отступила.

— Достаточно, — услышала она словно издалека удовлетворенный голос Янсрунда.

Руки, держащие её, исчезли, и Йанта осталась стоять на подгибающихся ногах. Оглушенная, безмолвная, запертая внутри себя, как в тюрьме, не в силах пошевелиться без приказа…

Янсрунд оглядел её, поднял руку и щелкнул пальцами. Почти сразу из-за спины Йанты молчаливой тенью выскользнула служанка.

— Уведите её в купальню, — велел Янсрунд, не глядя на Йанту. — Умастите волосы и тело душистыми маслами, заплетите косу с алмазными нитями, нарядите и украсьте драгоценностями. И пусть ждет, пока я её позову. Время встречать другого гостя.

Повелитель Холода встретил Фьялбъёрна на самом верху длинной лестницы, вырубленной в скале и ведущей от ворот наверх — к самому дворцу. Не слишком широкая и довольно крутая, она явно задумывалась еще одним рубежом обороны, который искусство неведомых мастеров превратило в чудо красоты. Лестница словно была целиком вырезана из сверкающего хрусталя: ступени, перила, плиты стенной облицовки. И малейший солнечный луч, попав на бесчисленные грани, рассыпался на искры всех цветов радуги.

На первой же ступени ярл едва не поскользнулся. Вот позору было бы. Чистейший лед так и норовил выскользнуть даже из-под его толстых мягких сапог. А Янсрунд стоял наверху, парой сотен ступеней выше, и наверняка глумился, мерзавец!

Угрюмо глянув на лестницу, Фьялбъёрн покрепче перехватил секиру на случай всяких поганых неожиданностей и осторожно пошел по гладким, будто намыленным, плитам-ступеням. Ничего, посмотрим, кто будет смеяться последним!

— Давно у меня не было столько гостей разом, — насмешкой встретил его Янсрунд, когда ярл, не раз оступившись, но все же ни разу не упав, поднялся по проклятой лестнице. — И каких гостей! Надеюсь, почестей было оказано достаточно, ярл Фьялбъёрн Драуг?

— В самый раз, — рыкнул драуг. — Только в гости ходят по доброй воле, Янсрунд Повелитель Холода.

— Ну, ты-то здесь как раз добровольно, — усмехнулся Янсрунд и взмахнул рукой — за его спиной медленно растворились вторые ворота, вырубленные из плит матерого льда в три роста Фьялбъёрна. — А другая гостья… О ней поговорим.

Поговорим, да… Ярл шел следом за Повелителем Холода по безжизненному дворцу и все яснее понимал, что выбраться отсюда и вытащить Йанту — задача не из легких. Силой уж точно не получится. Придется договариваться, как и советовал Яшрах. А что он может предложить Янсрунду, чтоб ему вместе со своим дворцом на солнышке растаять? Сокровища древнему богу не нужны, службы не пообещать — драуг сам себе не принадлежит.

«Он позволил тебе войти, — гладкой ядовитой змейкой скользнула в разум чужая мысль. — Значит, хочет чего-то».

«Яшрах?» — безмолвно позвал Фьялбъёрн.