Она встала, и тут Ньедрунг, все это время с недоумением вглядывавшаяся в неё, окликнула каким-то мгновенно севшим, жалким голосом:

— Йанта, подожди! Ты же… ты знаешь, что…

— Тссс, — приложила Йанта палец к губам, глянув на привставшую на постели Ньедрунг. — Знаю, конечно. Никому не говори, слышишь? Это все равно уже неважно.

— Мне… так жаль… — пробормотала чудесница, опять откидываясь на мешки. — Прости…

— Да не за что, — пожала плечами Йанта, идя к лестнице наверх. — Я же сама так решила.

Выходя на палубу после темного душного трюма, она почувствовала, что с плеч будто свалился увесистый груз. Вот и одним делом меньше. Теперь как бы ни ярился Фьялбъёрн потом, но нарушать слово не станет, Ньедрунг отпустит. Значит, надо набраться духу и все-таки рассказать. Ярл заслужил узнать правду от неё самой. Вот он, стоит у мачты на любимом месте. Чего тянуть? Пять шагов по палубе, уже четыре, три… Она не успела.

Пара мгновений — и их не хватило, потому что по «Линорму» пронесся клинок студеного ветра, закружилась неведомо откуда взявшаяся метель, и на палубу в сиянии снежной круговерти ступил сам Повелитель Холода — величественно прекрасный, облаченный в сверкание белоснежной ткани и алмазного шитья, как никогда надменный и источающий холодную самодовольную радость.

Йанте захотелось бессильно выругаться. Сама виновата — нечего было тянуть. Но даже такой малости, как честное прощание с Фьялбъёрном, ей теперь не позволят. Она виновато посмотрела на удивленного драуга.

— Что тебе нужно на моем корабле? — мрачно спросил ярл, как бы невзначай роняя ладонь на рукоять секиры.

— В то, что я заглянул поздравить вас с победой, ты не веришь? — насмешливо ответил вопросом на вопрос Янсрунд. — Что ж, правильно. На твоем корабле, Фьялбъёрн Драуг, мне нужно кое-что мое. Не сомневайся, как только я это заберу, сразу же покину его. Точнее, мы покинем. Не так ли, моя ворожея?

Тварь. Холодная надменная тварь… Открыто издевается, да еще с каким удовольствием. Все-таки взял верх над старым врагом и соперником. Йанта залилась краской, чувствуя, что со всего корабля взгляды сейчас скрестились на ней.

— Прости, Бъёрн, — сказала она в совершенной тишине. — Я хотела тебе сказать…

— Сказать — что? О чем он говорит?

Непонимание в голосе Фьялбъёрна мешалось с тяжелой угрозой. Йанта сглотнула вязкую от глёга и горьковатую от трав слюну. Как ей хотелось бы сейчас отвести взгляд, но нельзя. Эту ношу она должна вынести до конца. Одно радует — Янсрунд все-таки не получит всего, на что рассчитывает. Наверное, он потом сорвет злость на невольно обманувшей его ворожее — ну и утбурды с ним, как говорят здесь.

— О нашем с ним договоре, — ответила она прямо, глядя в окаменевшее лицо своего ярла и возлюбленного. — Я ухожу к нему, Фьялбъёрн. Сама, по доброй воле. Повелитель отпустил меня только для боя с Вессе, но этот срок вышел. Прости, Бъёрн…

— Не верю, — тихо и страшно сказал ярл. — Не верю. Йанта!

— Йа-а-анта… — протянул Янсрунд, наслаждаясь.