Поезд привез Бланки в Париж с некоторым опозданием, без десяти минут одиннадцать. С вокзала отправились на улицу Риволи в квартиру доктора Лакамбра, женатого на племяннице Бланки. Затем он отправился на бульвар Монпарнас, где жила его сестра мадам Антуан, а к вечеру он пошел к другой сестре, мадам Барелье, у которой и остался ночевать. На другое утро там он и встретился с Жоржем Клемансо, депутатом от Монмартра, который так горячо боролся за свободу Бланки. Эта борьба будет эффектным эпизодом в его карьере, которая со временем приобретет грандиозные масштабы, но в корне изменится по существу. Он принял также Эмиля Готье, руководившего его избирательной кампанией в Бордо. Позже придет Габриель Девиль. В своей статье сн первый предложил выдвинуть кандидатуру Бланки на выборах, чтобы вырвать его из тюрьмы. Бланки сбрил бороду к удивлению Девпля, который посоветовал снова отпустить ее. По его мнению, без бороды Бланки не был похож на себя. Бланки послушался, и вскоре он снова станет бородатым. Бланки пробудет две недели в Париже. Встречаясь с политическими друзьями, Бланки часто заводил речь о том, кто должен быть вождем левых, и заключал, что, вероятнее всего, им окажется Клемансо. В свободное от новых встреч время Бланки ходит прогуляться в Ботанический сад, чтобы обдумать поток неожиданных впечатлений.

Его заваливают письмами, и он не успевает отвечать всем. Бывший коммунар и писатель Жюль Валлес просит разрешения опубликовать в еженедельнике «Ла Рю» рукописи Бланки, которые находились у доктора Ватто. Но Бланки отказывает, поскольку не очень доверяет издателю. Вообще, он узнает много нового о людях и событиях недавнего прошлого, особенно о Коммуне. Но больше всего разговоров о настоящем и будущем. Пьер Дени утверждает, что только Бланки способен перегруппировать революционные силы, когда общественное мнение отворачивается от республики, оказавшейся «смешной имитацией империи». Бланки пока не принимает никаких серьезных решений; слишком новым, неожиданным является многое, с чем он теперь столкнулся.

Серьезных размышлений потребовало письмо, полученное из Лондона от Поля Лафарга, датированное 12 июня 1879 года. Эта дата сама по себе свидетельствует, насколько Маркс и его окружение внимательно следили за событиями, связанными с освобождением Бланки. Письмо, написанное Полем Лафаргом, составлено явно под влиянием его тестя, то есть Карла Маркса. Чтобы уяснить значение того, о чем шла речь в этом крайне интересном документе, надо вновь вернуться к событиям, связанным с появлением во Франции рабочей партии. Уже говорилось о том, как Жюль Гэд начал пропаганду марксизма, который, впрочем, фигурировал тогда во Франции под именем коллективизма. В 1878 году Гэд решил использовать проходившую в Париже всемирную выставку дтя организации международного социалистического конгресса. У власти находился Дюфор, главный творец закона 1872 года о запрещении Интернационала во Франции. Естественно, что он запретил созыв конгресса, но Гэд и его друзья решили не считаться с этим и поэтому были арестованы.