Он вошел к девушке в комнату. Она лежала на постели, прикрывшись одеялом. На его приход никак не отреагировала.

Пико стремительно подошел к ней, освободил ее руку и долго целовал в губы, осыпал поцелуями лицо.

– Мы скоро обвенчаемся. Я принес тебе платье, переоденься, приведи себя в порядок, и мы поедем в город.

Но чем больше он обнимал ее, тем сильнее поднималось в нем желание. Он торопился, ему хотелось поскорее привезти ее во Флоренцию, но, поразмыслив, он решил, что времени хватит на все. Они успеют вернуться сюда затемно.

Он подмял ее под себя, поставив на колени возле кровати. Наскоро развязал завязки на штанах и со стоном вошел в Джованну.

– Милая моя! Наконец-то!

Она лежала, покорно раскинув руки, он переплетал свои пальцы с ее и вдалбливал ее в кровать, в глазах темнело от подходящего момента высшего удовольствия. Случайный взгляд на дверь, и его словно окатило ледяной водой: на пороге с выражением крайнего ужаса на лице стоял Анджело Полициано. Увидев безумный взгляд Пико, он развернулся и исчез. Пико не мог остановиться. Он продолжил движение в Джованне, подгоняя себя к разрядке. Образ испуганного друга мешал, мозг лихорадочно соображал, что делать дальше. Опустив взгляд на обнаженное тело Джованны, Пико понял, что, выбирая между ней и любым другим живым существом, он выберет ее.

С воплем погрузившись в девушку максимально глубоко, он поднялся, в спешке заправляя одежду. «Догнать Анджело», – крутилось в его сознании. Поле зрения вдруг сузилось, словно он шел по узкому туннелю на свет.

Пико схватил оружие, плащ, выскочил из дома, закрыв дверь на засов, вскочил на коня и помчался вслед за Анджело. Он не ожидал, что тот успеет уехать так далеко: впереди на дороге виднелось лишь облачко пыли. Пико пришпорил коня и рванул вслед.

Глава 20. Вершитель судеб

Джованна встала с колен очень медленно, дрожа от очередного потрясения. Каждый раз Пико что-то ломал в ней, срывал слой за слоем, как с луковицы, защитные оболочки с ее души, подбираясь все ближе к еле теплящемуся огоньку – все, что осталось от былого огня. По ногам стекала часть его семени, его печать. Она схватилась за простыни и обтерла, как могла, бедра.

Хотелось плакать.

Но тут внезапно она остановила свой полубезумный взгляд на руке: она свободна! Он забыл пристегнуть ее!

Джованна сразу же испугалась, что граф остался здесь, в доме, что ей почудилось, будто он уехал. В последнее время ее сознание было волнообразным, нечетким, она часто видела странные миражи или сны, словно висела где-то посередине между реальностью и миром сновидений.

Ущипнув себя за руку пару раз, так что слезы брызнули и потекли по щекам, Джованна, часто дыша, огляделась вокруг. Потом, как была, голая, бросилась к двери. Та легко открылась.

Закрыв себе рот ладонью, чтобы не закричать от радости, девушка затравленно огляделась вокруг. Взгляд остановился на свертке, лежащем на кровати. Она подошла к нему осторожно, словно из него мог появиться граф. Но там лежала завернутая в плащ одежда и удобные башмаки. Все скромное, но из дорогой ткани. За три месяца плена Джованна впервые одевалась. И ощущение шерстяной ткани на теле было непривычным. Она заплела волосы в тугую косу и решительно направилась прочь из комнаты.

У входной двери ужас снова окатил ее липкой, как смола, смесью из неуверенности и нерешительности. Если граф делла Мирандола узнает, что она хотела сбежать… Он снова свяжет ее по рукам и ногам.

На секунду появилось желание вернуться и покорно дождаться его.

Но затем Джованна решительно дернула за ручку двери, поняла, что та закрыта, разбила стекло в окне на первом этаже и вылезла наружу. Дом стоял на возвышении, невдалеке была дорога.