— Меридит, дай мне поговорить с Хатчем, — потребовал Дэвид, с трудом сдерживаясь.

— Сначала ты мне объяснишь, в чем дело. Ты подверг мою дочь опасности, и я имею право знать это!

— Меридит, речь идет о конце мира, понятно? Я пытаюсь его не допустить. А теперь дай телефон Хатчу.

Он услышал, как она фыркнула, и живо представил себе выражения изумления и злобы на ее лице.

— «Конец мира», — повторила она его слова с сарказмом. — Он хочет говорить с вами.

— Как дела, старина? Твоя охранная команда еще не появилась. — Дэвид снова услышал разумную речь своего друга.

— Они погибли, — сказал он. — Кто-то взорвал их самолет над Атлантикой. Но вскоре к вам должна прибыть новая команда. Ты сможешь продержаться?

— Сможет ли медведь выжить в лесу? — ответил Хатч.

— Слушай меня внимательно. Я отбываю из страны сразу, как начнут летать самолеты, на несколько дней. Команда, о которой идет речь, состоит из израильтян. Пусть они прочтут какую-нибудь молитву на иврите прежде, чем ты их впустишь.

— Что-нибудь вроде «Хава нагиля», шалом?

— Кончай болтать! Это не молитва. Хатч, я доверяю тебе все, ты понимаешь?

— Не сомневайся.

Дэвид засунул мобильный телефон в карман. Разговор закончился.

— Она плакала, — заметил он, как бы разговаривая с самим собой.

Йел осторожно коснулась его руки.

— Дэвид, мне очень жаль. Это ужасно, — сказала она.

То ли прикосновение, то ли живое сочувствие в ее тоне подействовали на Дэвида немного успокаивающе.

— Если повезет, мы попадем на нужный авиарейс сегодня вечером, — добавила она.

«Это называется „повезет“», — невесело подумал Дэвид. Что общего у всего этого с везением? Только одному Господу известен ответ.

Джорджтаунский университет

Том Макинтайр вскочил со стула, едва не опрокинув чашку кофе, когда двое полицейских в форме быстро вошли в кабинет.

— Это вы — Дэвид Шеферд? — спросил тот, что помоложе, подходя к столу и сунув ему под нос ордер на обыск.

— Нет, я — Том Макинтайр, — ответил он. — А в чем дело?

— А вы знаете, где Шеферд?

— Почему вас это интересует? — спросил он, глядя в глаза полицейскому офицеру. Он не мог понять, почему полиция должна была искать его коллегу, особенно с ордером на обыск. В конце концов, Дэвид — сын сенатора, а в его лучших друзьях числился пастор.

— Когда в последний раз вы его видели?

— Ну… несколько дней назад, в понедельник или во вторник. Точно не помню.

— Это его кабинет?

— Да. И мой тоже. Слушайте, почему вы не скажете мне, в чем дело?

— Совершено убийство, — заговорил второй полицейский.

Том едва мог скрыть шок.

— Экономку Дэвида Шеферда нашли мертвой в его доме, профессор Макинтайр, — продолжал второй полицейский. — Нам необходимо убедиться, что с профессором Шефердом все в порядке.

— Мы не могли ему дозвониться на сотовый телефон, — снова вмешался первый полицейский. — Вот это точно его номер? — Он показал Тому листок из блокнота.

— Да, — ответил Том, стараясь говорить спокойным голосом. — Он уехал в Нью-Йорк на несколько дней по какому-то личному делу. Но, как вы знаете, там отключилось электричество и телефоны не работали.