— И покорил и их тоже, — довершил Рюичи. — Уничтожил провинции и одолел танов.

— Однако люди не знают, и «Паракка» должна сказать им правду: мы пока еще не покорились! — Калика внезапно оживилась. — У нас здесь все иначе, чем в Кириин-Таке. Макаан использует страх, чтобы держать нас в повиновении. Самим словом «ячира» пугают взрослых и детей. Он внушает всем, что у него повсюду есть глаза и уши, чтобы люди даже наедине с собой не могли и помыслить об измене. Но на самом деле Макаан отнюдь не так могущественен, как кажется. А силы «Паракки» крепнут с каждым днем. Люди не хотят терпеть власть Макаана. Но они слишком напуганы, чтобы с ним сражаться, они думают, что их никто не поддержит, и потому не осмеливаются подать голос. Вот как Макаан расправляется с нами: он разъединяет и разобщает нас! Поодиночке все мы против него бессильны, но с помощью «Паракки»... — Калика вдохнула поглубже. От волнения она вся раскраснелась. Заправив за ухо прядь волос, она продолжила уже более спокойным тоном: — Благодаря «Паракке» все становится возможным. С каждым днем на нашу сторону становится все больше людей. Мы можем остановить Макаана.

— Это ведь именно он стал насильно отправлять людей на рудники? — спросил Рюичи.

— Моя мать была одной из первых, — подтвердила Калика. — В прежние времена на шахтах трудились только наемные работники.

По спине у Рюичи пробежал холодок. Калика почти слово в слово повторила слова Огара-чжина. Да, без сомнения, он нашел ответ на свои вопросы. Конечно, в глубине души он понял, как обстоят дела, еще когда увидел поселок Кейко; но до этой минуты у Рюичи не хватало духу поверить. Однако не было сомнений, что Калика сказала ему чистую правду. Она на себе испытала всю жестокость короля Макаана.

«Но ведь и я тоже!» — вдруг подумал он. И тут у Рюичи будто открылись глаза. Шестнадцать лет ему внушали ложь о величии и славе короля, но это делалось лишь ради его собственной безопасности. Ведь любые речи, направленные против Макаана, считались государственной изменой и карались смертью. Рюичи верил этой лжи, потому что так хотел его отец. Бенто пытался защитить детей, пока они не повзрослеют достаточно, чтобы понять и принять истину. Тогда он собирался привести их в «Паракку»... как привел туда Таками. Так кому же верить? Своему отцу или королю, о котором слышал только из легенд и лживых рассказов? Королю, который разгромил его родной дом?.. Нет, в своем сердце Рю-ичи больше не мог подыскать никаких оправданий Макаану. Он наконец прозрел.

— Мой отец состоял в «Паракке», — заявил он. — Хоши сказал, что это он создал организацию.

— Вместе с твоей матерью, — подтвердила Калика. — Они оба работали без устали. Именно Бенто первым помог мне, когда я скиталась без крова и поддержки.

Рюичи вновь помолчал, а потом решился спросить:

— Так ты знала мою мать?

— Совсем немного, — ответила Калика.

— Как она умерла?

Девушка вновь опустила глаза.

— Она погибла геройски, во имя «Паракки».

На губах Рюичи мелькнула слабая тень улыбки.

— По-моему, в глубине души я всегда представлял себе нечто подобное.