— Что-то неладное с Арианн? — спросил Мартин.

— Она ждет ребенка. Разве я не говорила вам этого?

— Но это же замечательно, — нетерпеливо начал Мартин, но, вспомнив все, что он знал про Арианн, спросил уже с сомнением: — Разве нет? С ней все в порядке?

— Она говорит, да. Но вы же знаете Арианн. Эта женщина будет умирать, но сделает храброе лицо, только чтобы... — у Кэт задрожали губы, и она прикусила нижнюю губу, чтобы Мартин этого не увидел.

— Я уверен, что у Арианн все будет хорошо. — Мартин взял ее за руку, пытаясь успокоить. — Никто не знает, как лечить людей лучше, чем Хозяйка острова Фэр. Она всегда очень умело и с успехом заботилась о больных.

— Обо всех, но не о себе самой. Ее роды должны начаться где-то в начале зимы. Я... я хотела бы быть там.

— Я не вижу никаких причин, почему бы вам там не быть, особенно если предостережение Арианн оказалось перестраховкой. Если здесь все спокойно...

— Я никуда не поеду, если моя предводительница не прикажет мне. — Кэт умела проявлять упорство.

— Тогда напишите Арианн и спросите ее саму. Я прослежу, чтобы ваше письмо было доставлено.

Кэт нахмурилась и задумалась, явно разрываясь между тем, в чем видела свой долг перед Арианн, и тревогой за подругу.

«Занятно следить за проявлениями ее противоречивого характера. Эта ирландка вся состоит из противоположностей», — подумал Мартин.

Несгибаемая и несговорчивая, независимая, сама по себе, словно кошка. Но, если уж она кого-то любила, то делала это с исступленной горячей преданностью, и вряд ли можно тогда отыскать более верного друга.

Кэт стояла в тени у окна, ее волосы рассыпались по плечам совсем как темное пламя. Он с трудом подавил желание заключить ее в свои объятия, лаской добиться, чтобы она раскрыла свои губы навстречу ему, попытаться проложить путь к нежной и ласковой женщине, глубоко скрытой под суровым фасадом Кэт.

— Хорошо, — резкое согласие Кэт вывело его из опасных размышлений, — я пошлю письмо Арианн, хотя бы потому, что мне не хочется заставлять ее волноваться за меня. Возможно, сейчас она уже разузнала больше и о секте, и о Темной Королеве, и она согласится с вами.

Кэт взяла свою шпагу и направилась к двери, но там она остановилась.

— Тогда мы с вами выпьем еще по кубку, чтобы отпраздновать наше избавление друг от друга, — хитро усмехнулась она. — Хотя хотелось бы рассчитывать на что-то получше того пойла, которым вы угощали меня сегодня вечером.

— Ох, только самое лучшее «Бордо» подойдет для такого великого случая, — сказал Мартин, подыгрывая ее легкому тону.

Вдогонку он отвесил ей нарочито низкий поклон, и она вышла из комнаты.

Его улыбка сбежала с лица, как только дверь закрылась за ней. Как бы ни был он благодарен ей за помощь и опеку Мег, ему не будет жаль, когда ирландка покинет их. Его жизнь и так была достаточно сложной для человека, который замыслил жениться на ангеле, и окажется вовсе некстати... эта тяга, которую он испытывал к женщине с дьявольским норовом, но со всем теплом неба в синих глазах.

* * *

Вулф уже давно ушел, и весь дом затих, когда Джейн украдкой покинула спальню. Она сменила свое изысканное дорогое шелковое платье цвета сливок на скромное темное платье, как у монахини, и длинный черный плащ. На этот раз она и не пыталась скрыть распятие, золотой крест лежал на лифе ее платья.

Все вокруг было так тихо и неподвижно, что Джейн испугалась, что он мог не прийти, что его раскрыли и арестовали.