Я взглянул на сэра Перси и не нашел слов. У него никогда не было таких мутных, старческих глаз. Он смотрел в одну точку, и ему явно было безразлично, что с ним сделают. Это он из-за энциклопедии, догадался я. Единственный экземпляр Большой атхартийской энциклопедии уничтожен вместе с домом. Но главное, автор уцелел!

    Кстати об уцелевших. А где Бэзил? У него было больше всех шансов спастись – в кошачьем обличье. Неужели, неприятно удивился я, он попросту удрал, бросив сэра Перси на произвол судьбы?

    Но как бы то ни было, я здесь, сэр Перси жив. Морды бить бесполезно, надо договариваться.

    Болек наконец поднялся на ноги. Я предусмотрительно крепко взял его под руку. Так я мог не бояться отражателя: чтобы попасть в меня, Табаки пришлось бы палить по своим. Будем надеяться, что это его остановит.

    – Молодец, Табаки, – прошепелявил Болек. Видно было, что пока ему трудно представить свой рот полным зубов. Потом он простонал: – Ну откуда ты взялся, Гобза? Учитель сказал, что разберется с тобой…

    – А вместо этого он разобрался сам с собой, – хмыкнул я. – У меня для вас плохая новость, ребята. Ваш Чистый Учитель выглядит сейчас прескверно. Он почти никак не выглядит. Он похож на наглядное пособие: почему не надо безобразничать в Атхарте. Проще говоря, он исчезает.

    Про себя я уточнил: может быть, уже исчез. Но вслух этого не сказал: исчезновение – не повод для шуток и шантажа.

    Экологи уставились на меня – кто с недоверием, кто с ужасом. Самые младшие открыли рты. Болек дернул головой. Я видел, что он тоже не прочь закончить разговор миром. Еще бы, после такой-то бани, злорадно подумал я, почесал кулак и распорядился:

    – Скажи этому придурку, чтобы отпустил сэра Перси. Я тебя больше не трону.

    – А ты скажи ей, – Болек кивнул на Эсмеральду, – чтобы перестала юродствовать и шла с нами.

    Так вот в чем дело… Значит, пан Болек напал на сэра Перси с целью вернуть девицу! Теперь я не сомневался ни секунды. Эсмеральде ничего не грозит. Минует кризис, и она снова сбежит от экологов. Если захочет.

    – Она пойдет с вами, когда сэр Перси окажется у меня за спиной, – сказал я. – А Болек вас догонит, когда мы будем в безопасности.

    – Нечего мне указывать! – Эсмеральда лягнула в колено одного из державших ее экологов. – Я никуда отсюда не пойду!

    Болек причмокнул ссадиной на губе.

    – Ну что ты дуришь? Посмотри: хоромы, на которые ты позарилась, – все, пшик!

    – Ах ты!.. – задохнулась Эсмеральда. – Да как ты смеешь?! Да я сама сто таких домов бы понастроила, если бы захотела! Я не поэтому… Я…

    Болек скорчил постную гримасу, которая всегда так удавалась Алану Нэю. Вздохнул:

    – Бедная… Как обработал ее старикан… Ничего. Несколько дней в общине приведут ее в чувство. Значит, девушка уходит с нами?

    – Никуда не пойду! – выламывала руки Эсмеральда.