Лилит, в отличии от Рафаэллы, была способна на подобное. Мало кто обладал такой дальностью действия без специально подготовки. Лилит и жила дольше всех, и в силу специфики её работы подобное изучала. Рафаэлла же могла излечить практически все болезни, снять практически все проклятья, но связаться телепатией на таком расстоянии она не могла.

Если прислушаться, то иногда по коридорам пролетает эхо битв, что происходят в коридорах этого места. И каждый раз её сердце замирало.

Может показаться странным то, что главы совета, одной из главнейших структур идут в бой, однако было несколько важных моментов. Первый — они были так же одними из сильнейших, второй — как та, кто отдаёт приказы, Калипсо принимала участие в защите замка. Здесь не принято было отсиживаться за спинами подчинённых.

Конечно, генерал не поскачет в первых рядах атакующих, но он будет сражаться, если его личный отряд примет бой. Сейчас, при таких потерях, когда враг пробирался всё ближе к тайнам всего ОСЦНГ, Калипсо просто ничего не оставалось, как самой туда отправиться. Калипсо конечно никто не мог приказать это сделать, однако все прекрасно понимают, что потом о ней будут говорить лишь как о той, кто трусливо провалился, прячась за спинами других.

И потерять честь для Калипсо было ещё хуже, чем погибнуть. К тому же она искренне верила, что охотники — это зло, что не мешало при этом ей защищать первенство истинных ведьм по силе.

Рафаэлла же шла лишь потому, что хотела помочь и её помощь там действительно могла пригодиться. Сложно сказать, как именно, но Рафаэлла чувствовала все потери Твердыни мира, словно каждый, кого она видела в стенах этого замка, получал тонкую связь с ней.

Но сказать, что они провалились в защите, это не сказать ничего.

Это был единственный раз, когда «система» действительно сильно ошиблась, как иногда делают неверные расчёты компьютеры, не в силах взглянуть на ситуацию под другим углом. Оценив угрозу, как значительную, она приняла бой со слишком мощного выстрела, пробив все барьеры, испепелив часть защитников, за раз сократив их количество на одну треть, приблизив энергию к нижней планке. Пройдя дальше, луч врезался в дверь, выбил ту, прошёл через всё помещение, разрушив стеллажи, и врезался в стену напротив.

Не успели они прийти в себя после такой атаки, как «система» уже ворвалась в разрозненные ряды. Первые ряды рыцарей подняли щиты, но те не стали помехой для меча, который разрезал их вместе с хозяевами. «Система» уже оказалась в самом центре защитников, прямо между ведьмами и рыцарями. Они не успели даже развернуться к ней, а та взмахами меча расчищала пространство, срезая их подобно косе траву.

Взмах, другой, кто-то пытается нанести удар, но скорости человеку не хватает — его рука падает вместе с мечом. Кто-то стреляет магией, но меч отбивает удар. «Система» несётся вперёд к ведьмам, которые не успевают ничего сделать. Удар, второй удар, уворот от огненного шара, вновь удар, мимо проходит молния, ещё удар. Ведьмы пытаются разойтись подальше, на их место выскакивают рыцари, закрывая их собой, но очень скоро они все оседают на землю мёртвыми. Пара минут отчаянного боя и на залитом кровью полу стоял один лишь охотник.

Он молча оглядывался, выявляя опасность своим бездушным взглядом.

Один раз его взгляд остановился на Рафаэлле, которая с часто вздымающейся грудью смотрела на него. В её руках была ведьма со вспоротым животом из которого вываливались внутренности. Однако под рукой Рафаэллы, что испускала мягкий зеленоватый свет, рана затягивалась и всё, что вывалилось, чудесным образом заползало обратно.

Ей повезло, лечение было её профилем и возможно спасло ей жизнь при тех ударах, которые бы подкосили даже ведьму.