Когда солнце взошло, он уже стоял у высоких каменных стен следующего города – Бурса, так его назвал старик. Врон оделся и стал ждать какого‑нибудь раннего путника, чтобы узнать дорогу к монастырю охотников.

Но, прежде чем он увидел кого‑нибудь, открылись ворота города, и оттуда вышли стражи, лица их были суровы, а руки крепко сжимали длинные копья. Вдалеке, среди высоких каменных домов Врон увидел пожилую женщину, спешащую к воротам.

«Это уж точно ведунья, – подумал Врон. – Если она меня увидит, то может что‑нибудь учуять. Лучше мне поспешить».

Он низко поклонился и спросил ближайшего стража:

– Вы не скажете, где находится монастырь охотников за демонами?

– Охотники? – удивленно поднял брови страж. – Зачем такому юнцу понадобились охотники? Если где‑то рядом с вашей деревней появились демоны, то по закону ты сначала должен об этом рассказать нам – стражам, а только потом спешить к охотникам.

– У нас нет демонов, – коротко сообщил Врон, настороженно глядя на приближающуюся ведунью. – Но мне все равно нужно в монастырь.

– Ну, если тебе очень нужно, – усмехнулся страж, – то иди дальше вдоль стены, увидишь тропинку, она выведет тебя к мощеной дороге, эта дорога и ведет в монастырь. Так зачем все‑таки тебе нужен монастырь охотников?

– Спасибо, – пробормотал Врон и быстро зашагал прочь от ворот.

– Стой! – услышал он и оглянулся. Ведунья уже добралась до ворот и теперь впилась в него недобрыми глазами, а стражи спешили к нему, держа наготове копья. Врон не стал ждать, когда они к нему приблизятся, и побежал вдоль городской стены.

Сзади послышался истошный крик, потом мимо него пролетела стрела и воткнулась в землю, дрожа оперением. Врон резко свернул в кустарник и, быстро скинув с себя одежду и сапоги, побежал так быстро, как мог.

Крики сзади стали стихать, он немного замедлил ход, и вовремя, потому что если бы он продолжал бежать так же быстро, то легко бы проскочил мимо малозаметной, заросшей травой тропинки.

Тропинка долго петляла между деревьев и высокого кустарника, постепенно она стала более широкой и вывела его прямо на мощенную камнем, прямую, как стрела, дорогу. Он долго бежал по ней, пока она не уперлась в высокую каменную стену, в которую были встроены массивные железные ворота.

Старик был прав, когда говорил, что человек не мог построить такое. Камни, лежащие в основании стены, были огромны, их не смог бы поднять не только один человек, а даже целая сотня.

Это были скорее куски скал, чем камни, а высотой стена была больше любого дерева в лесу.

В воротах была прорезана небольшая калитка, около которой на цепи висел деревянный молот.

Врон надел сапоги и рубаху и робко постучал молотом по железной двери. Вокруг стояла такая тишина, что ему самому его стук показался громом. Подождав немного, он постучал еще, на этот раз чуть громче, но и тут ничего не произошло. Тогда Врон начал молотить по двери изо всех сил.

Неожиданно калитка заскрипела и открылась. Сначала показалась длинная костлявая рука, которая ловко выхватила деревянный молот из ладоней Врона, а потом появился и сам обладатель этой руки – высокий худой старик в черной хламиде.

– Зачем стучишь? – спросил он, мрачно разглядывая Врона.

– Мне нужно к вам, – испуганно ответил Врон. – У меня беда.

– Беда? – спросил старик. – У нас у всех беда, только у каждого она разная. У тебя она какая?

– Меня выгнали из деревни, – помедлив, выпалил Врон, опустив глаза. – Гадалка сказала, что во мне свет.

– Свет, говоришь. – Старик покачал головой. – Она тебе наврала, в тебе нет света.