— Предположим. Не окажете ли вы мне эту честь? — спросил Кемп.

Миссис Фарго просунула свой мобильник в обширный саркофаг и сделала несколько снимков, а потом повторила процесс с открывшейся их взорам изнанкой крышки. Покончив с этим, она сфотографировала весь склеп, пока остальные изучали резьбу на стенах.

— Но странно, что тут нет никакого добра, а? Разве в легенде не говорится об изумруде величиной с маленькую машину? — спросил Лазло.

— Говорится. Но это может быть преувеличением. Я ничего здесь не вижу. А вы? — обратился Сэм ко всем своим товарищам.

Брат и сестра Касуэло покачали головами. Марибела, тем временем, стала водить лучом фонарика по искусно выполненным пиктограммам.

— Похоже, вот это — повествование о завоевании Кетцалькоатлем большого города майя. Возможно, Чичен-Ица, — Антонио показал на несколько пиктограмм, вырезанных неподалеку. — А это… — Он повернулся к другим изображениям. — Их нужно будет изучить подробнее, но смахивает на хроники переезда столицы тольтеков, а может быть, их правительства, в город майя. И посмотрите! Тут изображается изгнание Кетцалькоатля из столицы тольтеков… и… его смерть.

— Лазло, если я не сказала тебе этого вчера — ты абсолютный гений, — сказала Реми.

— Мне никогда не надоедает это слышать, хотя тут есть легкое преувеличение, — слегка порозовев, отозвался Кемп.

Сэм повернулся к жене:

— Нам никогда бы и в голову не пришло, что та, вторая, гробница — обманка.

Касуэло благоговейно покачал головой:

— Просто невероятно. Чем больше я рассматриваю пиктограммы, тем меньше, как мне кажется, знаю о тольтеках. Сфера их торговли явно была куда обширнее, чем мы считали.

Реми постучала по боку саркофага:

— Помните легенду, которая гласит о том, что Кетцалькоатль много лет блуждал в глуши после того, как покинул Толлан?

— Разгадать все это будет целью всей нашей жизни. Настоящей мечтой и для меня, и для моей сестры, — заявил Антонио.

Лазло улыбнулся:

— Что ж, надо сказать — у вас тут непочатый край работы.

Они еще несколько минут любовались резными изображениями, а потом Сэм посмотрел на часы:

— Предлагаю на сегодня свернуться и прийти сюда завтра утром, чтобы внимательнее все осмотреть и составить опись всех имеющихся пиктограмм. Я больше ничего тут не вижу, а вы?

Касуэло покачал головой:

— И я не вижу. И все-таки это беспрецедентное историческое сокровище! Оно изменит историю моего народа. Есть тут «Око Небес» или нет, сегодня, по всем меркам, уникальнейший день!

Кемп кивнул:

— Да. В самом деле.

Внезапно у него громко заурчало в животе, и он смущенно добавил:

— Извините. Природа требует пищи, тут уж ничего не поделаешь.

— Давайте зададим вам корма, мальчики, и продолжим завтра, — сказала Реми, и Сэм ухмыльнулся:

— Все эти набеги на гробницы и вправду возбуждают аппетит.

— Мы же не хотим, чтобы кто-нибудь из вас истаял от голода? — улыбнулась его жена.

— Тогда пошли, я куплю первую праздничную порцию коки, — согласился Лазло.

Как только они поднялись наверх, Антонио дал солдатам точные инструкции, запретив кому бы то ни было входить в гробницу, а Реми тем временем перекинула сделанные ею фотографии на флешку. Когда она с этим покончила, сеньор Касуэло предложил подбросить их с Сэмом до мотеля, и Фарго с благодарностью согласились. Было полнолуние перед осенним равноденствием, и когда они катили по широкой дороге мертвой столицы, оставив позади уникальное открытие, среди разбросанных по небу облаков сияла оранжевая луна.